— Эй, послушайте! Нам и без вашей стрельбы хватает забот. Если бы вы постарались не сваливать на нас еще и ваши проблемы, нам было бы легче договориться!
Снова пауза, и снова голос по мегафону:
— Слушай сюда, мужик. Ты имеешь дело не с дебилами, у которых в голове мозгов на двадцать центов, и которые не умеют вести диалог, а лишь только жать на курок! Мы разумные люди, нам не на все наплевать. Мы бы тебе, может, даже понравились, если бы встретились в приличном обществе. Я не такой, как некоторые копы, которые мочат людей почем зря, а потом треплются об этом в космических забегаловках! Я мочу людей почем зря, а потом часами в муках совести рассказываю об этом своей подруге!
— А я пишу романы! — громыхнул другой полицейский. — Вот только никто их не печатает, поэтому предупреждаю: я в очень поганом настроении!
У Форда глаза вылезли на лоб.
— Кто это такие? — спросил он.
— Не знаю, — ответил Зафод, — но, по-моему, уж лучше бы они стреляли.
— Ну, так что? — снова крикнул один из полицейских. — Вы выходите сами или мы вас оттуда вышибаем?
— А тебе как больше нравится? — крикнул в ответ Форд.
Миллисекунду спустя воздух вокруг них начал раскаляться от разрядов килобацев, бьющих в закрывающий их компьютерный банк.
Обстрел продолжался несколько секунд с невыносимой мощью. Когда он прекратился, эхо не затухало еще несколько секунд.
— Вы еще там? — крикнул полицейский.
— Да, — откликнулись они.
— Нам это не доставило удовольствия, — крикнул второй полицейский.
— Мы так и поняли, — крикнул Форд.
— Теперь слушай, Библброкс, и слушай внимательно!
— Почему? — крикнул Зафод.
— Потому что то, что я скажу, очень резонно, интересно и гуманно. Либо вы все сейчас сдадитесь, и мы вас отлупим, — маленько, ведь мы убежденные противники бессмысленного насилия, — либо мы разнесем эту планету и, возможно, еще парочку других, которые встретятся нам на обратном пути.
— Но это же безумие! — крикнула Триллиан. — Вы этого не сделаете!
— Почему же, сделаем, — крикнул полицейский. — Разве не сделаем? — спросил он у напарника.
— Сделаем, не вопрос, — ответил тот.
— Но почему?
— Потому что есть некоторые вещи, которые ты должен делать, даже если ты просвещенный и либеральный коп, знающий все о высоких чувствах и прочей туфте!
— Я им не верю, — пробормотал Форд, качая головой.
Один полицейский крикнул другому:
— Ну что, давай еще?
— Конечно, почему нет?
Бомбардировка возобновилась. Жар и шум были невообразимыми. Компьютерный банк начал понемногу разваливаться на куски. Лицевая сторона его почти вся расплавилась, и густые ручейки жидкого металла начали заползать в угол, в котором они сидели. Они сгрудились плотнее и стали ждать конца.
33
Но конец не наступил. По крайней мере, в этот раз.