— И человек! — добавил кто-то рядом.
Оглянулся лейтенант — увидел замполита. Улыбнулся.
— Да, и человек! — повторил он. — Научиться бы так, как он.
— Нау́читесь, — убежденно заверил подполковник Будко.
А самолет уже несся, прижимаясь почти к самой взлетно-посадочной полосе. Накренился. Разворот? Как бы не так! Истребитель-бомбардировщик летел над полосой строго на боку, как по ниточке. Выправившись, он снова устремился на петлю. Вот он перевалил через верхнюю точку, миновал отрицательный угол на пикировании и стал приближаться к земле с пологим снижением… Но что это? В конфигурации самолета, острого, поджарого, произошли явные изменения. Он как бы ощетинился: под фюзеляжем появились темные отметины — выпущенные шасси и закрылки.
Прямо с петли — на посадку? Вот это да!
Самолет мягко коснулся колесами бетонки и покатился, замедляя бег. Бирюлин бодро вылез из самолета и направился к летчикам.
— Ну и как, пилотажная машина? — спросил он.
— Еще какая!
— А вы носы повесили: «Бомберами стали!» Да если захотите, вы можете стать летчиками всех профилей: и истребителями, и бомбардировщиками, и штурмовиками, и разведчиками. Главное, не робейте!
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Когда прозвучала команда: «По самолетам!» — майор Митрохин предостерегающе поднял вверх руку — третья эскадрилья на месте.
Летчики нетерпеливо задвигались.
— Задание ясно всем? — хрипловатым голосом спросил комэск.
— Ясно, — ответили летчики.
— Лейтенант Зацепа, повторите особенности поведения самолета на взлете.
Валентин почему-то поправил на голове защитный шлем и, раскачиваясь с ноги на ногу, понуро, как на экзамене, начал:
— На разбеге, в момент подъема носового колеса, самолет имеет тенденцию…
— Какую тенденцию?
— К раскачке вокруг поперечной оси. За горизонтом не гоняться, а взять на одну треть хода ручку управления и зафиксировать…
— Как зафиксировать?
— Намертво… С нарастанием скорости самолет сам, без дополнительных усилий…
— А!.. — Митрохин безнадежно махнул рукой. — Фричинский, ваши действия после четвертого разворота?
Зацепа уныло слушал объяснения друга и поглядывал по сторонам.
— Запомните: действовать строго по инструкции, — подытожил комэск.
Он хотел было уже распустить строй, но вдруг, о чем-то вспомнив, подозвал кого-то рукой. К нему подошел улыбчивый капитан, одетый не по-аэродромному — в тужурке и брюках навыпуск. С плеча у него свисал фотоаппарат.
— К нам из окружной газеты приехал капитан…
— Сергейченко, — подсказал корреспондент.
— Товарищ Сергейченко будет писать об одном из вас. Вот, например, лейтенант Зацепа… Он отлично сдал теоретические зачеты и сегодня впервые вылетает на новой машине.
Фричинский толкнул Валентина в бок: