— Не хочу, — отвернулся Федька, продолжая лежать, как лежал.
— Ладно, после поедим. Бог весть, где еще поживиться удастся…
Темнота наступила раньше обычного: небо затянуло сплошными тучами.
Караульщики зажгли факелы, но свет от них до башни не доставал, и Степка с Федькой проползли благополучно к овражку, заросшему черемухой и ольшаником.
— Теперь на дорогу к Ложникову погосту, а там через два дня у отца Сергия будем.
Отмахиваясь от комаров, шли по дороге не таясь.
— Ох и темень, — сказал Степка, — в десяти шагах не видать… Отойдем подальше от города, ночевать станем, а при месяце так идти б можно. Во, кажись, выглянул!..
На миг в узком просвете мелькнул серпик луны, но этого мига было достаточно, чтобы Степка увидел впереди трех всадников и метнулся в сторону, продираясь через кусты. При этом он схватил Федьку за рукав и увлек за собой. Конный патруль служилых татар тоже заметил их, и они услышали топот копыт и крики:
— Тукта!.. Стой!..
Но друзья, миновав кусты, бежали меж белеющих стволов берез. Раздалось почти одновременно два выстрела, и Степка вдруг упал, увлекая за собой Федьку.
— Степ, ты че, Степ!.. — тряхнул Федька обмякшее вдруг тело друга. В свете опять мелькнувшего месяца увидел блеснувшие чесночными дольками полуприкрытые глаза и все понял. Закусил ладонь и, сдерживая рыдания, уткнулся в грудь Степке. «Господи, за что, за что мне такое!..»
С дороги доносился говор:
— Малайлар?..
— Карарга иде?..
— Качтылар.
Глава 33
Полковника Немчинова внесли в Тарскую канцелярию и положили на лавку возле стены. Писарь Паклин приготовил чернила и бумагу и с любопытством тянул шею из-за плеча капитана Ступина. Поручик Маремьянов тряхнул Немчинова за плечо. Лицо полковника безбровое, будто голое, исказила гримаса боли.
— Поручик! — остановил его полковник Батасов.
— Прикажите дать ему водки, не подохнет, — сказал Маремьянов.
Сержант Островский влил полковнику Немчинову несколько глотков водки, и тот, приоткрыв обезресниченное слезящееся веко, прошептал, едва шевельнув губами:
— Добей, полковник… не мучай…
— Не стану мучить, коли говорить будешь. Указ его императорского величества о наследстве пришел в Тару какого месяца и числа? Комендант Глебовский тот указ в народе объявлял ли и к присяге призывал ли? Пошто ты к присяге не пошел?
— Месяца и числа не упомню, для того что грамоте не знаю… — прошептал, тяжело дыша, Немчинов. — И оной указ Глебовский мне и другим объявлял и к присяге призывал… А зачем не пошел к присяге, о том в ответном письме написано…
— Ответное письмо к коменданту приносил ли? — наклонился Батасов над Немчиновым.
— Кто то письмо писал и первым советовал к присяге не идти?
— Что к присяге не идти советовал… — полковник Немчинов перевел дыхание, — писал Василий Исецкий… А советовали все, кто в письме написаны…
— Поручик, — обратился вдруг Батасов к Маремьянову. — Взяли тех двоих, что до зажега вышли?
— Падушу? Нет…
— Взять немедля!..
Поручик Маремьянов выбежал из канцелярии. Полковник Батасов продолжил допрос.