— Из амуль'рапи ли я? Можно сказать и так, идан. Имя мое Иршум'балах, но ви можете звать меня Ир.
— Я — Дерек. Это мой друг и учитель — Соворус, — представил нас Дерек в ответ.
— И как же ты оценишь свой труд, Иршум'балах? — спросил я.
— Все просто. Я поведу вас по стоянкам амуль'рапи вплоть до их южного стана — Ларшим'фази. В каждой я потребую по сотне храд. Так я обезопашу себя, если с вами что приключится по дороге.
— Мы еще не заключили сделку, а ты, Ир, говоришь, что либо сам погубишь нас, либо к кому-то приведешь? — негодовал Дерек.
— Гарантировать вам безопасность я не буду, — ответил он, не подав признаков обиды на оскорбление. — Пустиня опасна, и не только бурями, хищниками и проклятиями. Вори, работорговци и племена диких амуль'рапи. Мне нужни гарантии, что я получу хоть какие-то деньги.
— Что же, это справедливо, — рассудил я.
— Тогда я буду ждать вас на закате за главными воротами. Приносите пятьдесят храд вперед. Еще обзаведитесь пустинним балахоном, ваши шелка не спасут от зноя Маха-бра-Хан, — Ир протянул руку. Но как только Дерек протянул свою, чтобы скрепить рукопожатием сделку, Ир руку убрал.
— Что еще?
— Это ваши лошади? — спросил он, глядя нам за спины, где на коновязи подле чайной стояло двое наших коней. Мы кивнули в ответ. — Далеко ви на них не уедите. Вам понадобится вербал, лучше два, — Ир закончил и снова протянул руку.
На этот раз сделка была совершена. Ир поклонился и скрылся в переулке.
Я дивился той легкости, с которой наш новый знакомый согласился провести нас по пустыне.
— Не доверяю я ему, — подтвердил мои мысли Дерек, когда мы седлали коней.
— Тогда чего согласился? — поинтересовался я.
— Он первый из тех, кто согласился провести нас и при этом ответил на вопрос. Деньги он потребовал довольно крупные, если нам и правда придется дойти до самого юга и пройти все восемь стоянок пустынных жителей. Но что-то не дает мне покоя…
— Если верить легендам, нам придется дойти до самого юга, Дерек. Поэтому-то я и сказал, что там определиться наша дальнейшая судьба, — ответил я. — Однако я сам не спокоен. Похоже, нам не остается ничего, кроме как довериться ему.
— И так, — отвлекся он от размышлений о будущем, — с чего начнем? Одежды или кони?
— Сначала поменяем деньги в банке, — предложил я. — Не думаю, что наш провожатый обрадуется имперскому золоту, — я повел коня обратно в центр Пристанища, чтобы выйти на обширный проспект.
Преодолев часть Великого базара, мы вернулись к лестнице и дороге в Верхний город. Оттуда я повел Дерека в зажиточный квартал, минуя улочки купеческого. Тут по обоим берегам еще тоненького ручейка, который спадал водопадом с холма и питаемый подземными водами и тремя притоками превращался в великий Нелрот, расположились особняки пашей, беев и прочих чиновников. Мы проехали мимо них, переправились по одному из арочных мостов с витиеватыми орнаментами, и попали на главную площадь, где ввысь тянулся Визириат. Однако взгляд цеплялся за виднеющуюся громаду великолепного Хаар’ахлиба.
Вокруг Визириата стояли здания посольств, выделяющиеся из общей архитектуры квартала. Нерийское было выполнено со всем эльфийским изяществом и казалось необычайно легким и воздушным. Ариканийское же отдаленно напоминало саврийские пирамиды. Имперское — изобиловало колоннами, было строгим и величественным одновременно. В отдалении показался и центральный банк, карта привела нас точно к нему, не позволив потеряться среди улочек. Там я обменял все имеющиеся дарконии на храды, и мы отправились обратно на базар. Людей было столько, что не продохнуть. В основном харлы, но видел я и пару сивильцев, драгонгардцев и даже эльфа, еще в толпе изредка мелькали савры в черных одеяниях (казалось, они преследуют нас). Долго я и Дерек бродили по развалам и лавкам, но в итоге все необходимое для похода было приобретено. Сперва мы продали коней. С ними мы проделали большой путь, и расставаться было жалко. В скотных рядах не сразу нашлись покупатели охочие до северных коней, но один купец-заводчик с радостью купил их, а заодно скинул цену на вербалов вместе со всей необходимой сбруей.
Высокие, с довольно длинной изогнутой шеей, немного туповатым выражением морды, но с проницательными глазами, двугорбые пустынные кони, были выносливыми и неприхотливыми животными. Вербал Дерека сразу же подружился с новым хозяином: сначала он лягнул его, а потом, заглаживая вину, облизывал обе его щеки. Слуги купца помогли водрузить на вербалов специальные седла, которые располагались меж двумя горбами. Мы их навьючили седельными сумками и, оседлав, двинулись дальше по базару.
Потом нашли развал с различными одеяниями. Там-то и обзавелись, по совету Ира, одеждой пустынного народа. Это были многослойные войлочные широкополые халаты, шаровары и прочные кожаные туфли и специальный головной убор — широкий платок, который складывался треугольником и обвязывался вокруг головы. Из такого платка выходило некое подобие капюшона, закрывающего шею и голову, оставляя только небольшую прорезь для глаз. Я так повязывать платок не стал, лишь закрыл шею и голову, а лицо закрыл своей маской. Удивительно, но в этих одеждах было совершенно не жарко.
***
Когда же занимался закат, мы уже были около главных ворот, облаченные в песчаного цвета халаты и платки. Восседали на вербалах, навьюченных вещами и пятью бурдюками с водой на каждом, мы дожидались проводника.
Он появился со стороны пустыни, когда облака были позолочены лучами заходящего солнца. Сперва мы не признали Ира: ехал он на вербале, но был в таком же халате и с повязанным платком на голове и лице. Однако он узнал нас. Дерек передал ему мешок с задатком в пятьдесят храд, и он довольный осмотрел нас с ног до головы.
— Что же, — произнес он, подбрасывая мешочек с деньгами в руке, — нас ждет долгая дорога. Надеюсь до Элак'рам доберемся без происшествий, — Ир подбросил мешочек в последний раз и, поймав его, бросил в одну из седельных сумок. Затем дернул поводья и развернул своего вербала. — Не отставайте, иданиб! Идти будем до глубокой ночи.
И мы двинулись за Иром. Пусть солнце уже садилось, но песок еще был горячим и отдавал жаром. Вербалы не славились отменной скоростью, но шли уверенно. Тихо мы постепенно удалялись от жемчужины песков, оставались позади и Великий базар, и дворцы, и прекрасные сады, и храм до небес, и потоки великой реки. Гул огромного города затихал, из виду пропадали какие-либо намеки на цивилизацию, кроме проложенной посреди песков дороги. Подходило к концу 13-ое Снежной бури. Дорога вскоре свернула направо и до полной темноты, где только тусклые звезды освещали небосвод, Ир вел нас. Остановились уже возле Руни-даш, Второй Змейки. Заметно похолодало, песок быстро остыл. Пальцы слегка мерзли, однако многослойные халаты держали тепло и согревали тело.
У реки разбили лагерь: Ир развел костер, Дерек разобрал лежаки. Перед сном пожарили ломти солонины и молча перекусили.
— Подъем ранний, иданиб, — сказал Ир, укладываясь. — У нас всего несколько часов на сон. В дозор встану вторим или третьим, как ви пожелаете. Идти будем от рассвета до полудня. Потом привал. Дальше до самой глубокой ночи. И так до озера Ири, истока Руни-даш.
— А дальше? — поинтересовался Дерек.