— Нам сказали, что ваш корабль может скоро отправиться на Хардрассал, — отвечал Дерек.
— Да-да. Завтра с утренним ветром наша «Марана» отправится в Ариканийскую помойку. Ох, jam’ba tatdg! Я хотел сказать, что ми прибудем в порт Гарада.
— И ваш капитан может взять с собой двух путников? — уточнил я.
— Да-да! Возьмет! Ваш славний Мусса и есть капитан великолепной «Марани». Ви мне понравились, а я вижу людей насквозь. Поэтому можете считать, что каюта «Марани» ваша.
— Даже цену не заломите? — спросил Дерек.
— Ох, сударь, ти обижаешь меня! Я капитан честний. Беру столько, сколько даю. Поэтому ста храд будет достаточно. Согласни?
Мы ненадолго откланялись, я решил посовещаться с Дереком.
— Поищем еще? — спросил я. — Сто храд, то бишь около восемьсот серебряных, не столь дорого как заломил этот пират с «Шандира». Но довольно крупная сумма.
— Думаешь, найдем корабль, что перевезет нас дешевле?
— Возможно да, а возможно и нет, — поразмыслил я. — Ждать две недели нам непростительно, даже из-за шестидесяти храд.
Дерек помолчал некоторое время, а потом направился к капитану.
— И что же ви решили, судари? — справился Мусса.
— Позволите взглянуть на корабль, капитан? Может, тогда мы примем решение, — ответил Дерек.
— О, да-да! Конечно! — Мусса пригубил ароматный чай. — Ви такой красивой галеи еще не видели. Клянусь духом-отцом! Сразу найдете ее на причале: «Марану» сложно пропустить. Но долго не думайте, ми завтра с утра отчалим.
Мы поблагодарили его и откланялись.
С Портовой улицы мы свернули в оживленный Рыбный переулок и стали пробираться к причалам. Гул, стоявший на улицах, сливался с морским прибоем и криком чаек. Из переулка мы вышли на улицу Мореходов, а она привела нас к причалам. Мусса не соврал — «Марану» было трудно пропустить. Пестрая, крепкая на вид галея стояла на ближнем к улице причале. Больше остальных харлийских кораблей. Мы осмотрели ее вблизи. Матросы как раз заканчивали погрузку ящиков и бочек, что говорило о скором ее отплытии.
— Что ж, похоже Мусса не врал, — заметил Дерек. — Я думаю, что надо вернуться и заплатить ему.
— Да. Неплохой корабль. Правда, что я понимаю в кораблях… — я еще раз пробежал взглядом по галее. — Предлагаю разделиться. Сейчас дойдем до Мореходной, оттуда пойдешь в чайную, а я отправлюсь за вещами. Пригоню коней к кораблю, — предложил я. — Встретимся уже на борту.
Дерек кивнул головой в знак согласия.
Когда мы покинули причал, меня охватило чувство тревоги. Я даже резко оглянулся, чтобы проверить не следит ли кто-нибудь за нами.
— Ты чего это, Совор? — видно заметив это, поинтересовался Дерек.
— Да так, ничего, — отмахнулся я. Но чувство тревоги так просто мне унять не удалось.
Как мы и договорились, на улице Мореходов мы разделились: Дерек отправился тем же путем, которым мы шли сюда, а я двинулся по прямой к главной лестнице в верхний город. Я прошел совсем немного, когда у меня резко, точно меня огрели чем-то, загудела голова. Ноги подкосились, а в глазах почернело. Я без чувств рухнул наземь.
***
Пришел я в себя от того, что кто-то меня тряс. Стоял кромешный мрак, поэтому того, кто привел меня в чувства я не смог разглядеть. Голова раскалывалась, скорее всего от удара, но было что-то еще: странная пульсирующая боль в висках, точно кругом изобиловала какая-то сила.
— Совор, наконец, ты очнулся! — раздался осипший знакомый голос. Человек помог мне усесться на соломенный тюфяк.
— Дерек? — мысли еле вертелись в голове.
— Да, видно, серьезно тебя приложили, — ответил он.
— Долго мы тут?
— Не знаю. Я сам недавно очнулся. Сначала думал, что я во сне: везде такой мрак, хоть глаз выколи. Но не проходящая головная боль дала понять, что я не сплю. Я попытался осмотреть тут все… Но… какое бы заклятие я не применил, у меня ничего не вышло. Потом стал сквозь мрак, на ощупь, осматриваться и нашел тебя: ты все еще был без чувств. Но, к счастью, мне удалось тебя растрясти.