Пальцы парня аккуратно гладят кожу — камера ловит каждый момент.
Я поднимаю руку… провожу по голой мужской груди… останавливаюсь на плече…
Щелчок…щелчок…щелчок…
Платон ловит локон пальцами, пропускает между средним и указательным, а глаза по-прежнему смотрят пристально в мои…
— Снято! — слышу долгожданное и выдыхаю со стоном. — Вы были великолепны!
— Спасибо, — отвожу взгляд от Платона, нехотя освобождаюсь из его рук, а он так же нехотя меня отпускает.
— Завтра — как обычно, крошка! Продолжим! — кричит Ким мне в спину, но я уже скрываюсь в гримерной.
Можно выдохнуть. Расслабиться. Просто не думать ни о чем. Поскорее бы добраться до кровати и вырубиться — это единственное желание, которое настойчиво рвется наружу.
Но едва я переступаю порог агентства и выхожу на улицу, как тут же замираю. Прямо на ступеньках. Взгляда не отвожу, наблюдая, как Платон опирается о свой шикарный внедорожник, сложив руки на груди. Смотрит на меня так же пристально, как совсем недавно на съемках.
И, кажется, шутить не собирается.
А у меня нет сил, чтобы сбежать…
Глава 22
Платон
Я еле выдержал эти съемки! Можно, конечно, назвать их “дурацкими” или “глупыми”, но это неправда. Надо быть честным.
Хотя бы перед самим собой…
— Мне интересно, каким образом ты собираешься эти фотки использовать, — обращаюсь к Киму, усмехаясь, при этом надевая рубашку. — Мой голый торс… Перед советом директоров… Я уже представляю круглые глаза папиных друзей, — смеюсь, так как все члены совета директоров нашей компании — мужики.
А-ля кому за пятьдесят! И тут я, красавец, в полуголом виде. Со страстью, которую так хотел добиться от Агаты Ким. Мать честная, да их там инфаркт хватит! Придется скорую вызывать, а потом передачки в больницу таскать.
Особенно впечатлятся и впадут в ступор, когда глазеть начнут на мою практически обнаженную спутницу. В красном нижнем белье… Такую милую, и в то же самое время невероятно страстную.
А ее глаза…
Я сейчас точно свихнусь — никогда до этого не страдал от такого понятия, как “воздержание”. А сейчас вот готов… Немного подождать.
— Да я, как бы, не собирался их никуда использовать, — Ким отрывает взгляд от небольшого экрана на камере. — Исключительно, чтобы крошка наша раскрепостилась.
— Получилось? — я застегиваю пуговицы на рукавах и заглядываю в экран, а Ким листает фото.
— Это было круто! — парень подмигивает, а я лишь боковым зрением это замечаю.
Мои глаза там, в маленьком экранчике, где на фото парень с девушкой смотрят друг на друга. Влюбленными глазами. По крайней мере, со стороны именно так и кажется.
Рука Агаты на моем теле… Ее волосы в моих пальцах…
Вот никогда бы до этого не подумал, что буду от подобной чепухи под названием “нежность” кайфовать.
Но это действительно круто — и сниматься вместе с Агатой, и сейчас глазеть, как идиот, на фотки.
— Скинешь мне парочку? — киваю на камеру и нехотя отрываюсь от лицезрения фоток.
— Не вопрос! Но у меня есть парочка условий, — расплывается в ехидной улыбке Ким, а я приподнимаю одну бровь вверх.
А не многовато ли вас, ребята, на меня одного? Красотке желание, этому парочка условий. По ходу, старею, раз ведусь на провокации, даже не сопротивляясь.