Пролог
Агата
— Платон, подожди! — я догоняю парня, когда он открывает дверь своей дорогой тачки.
— Ты что здесь делаешь? — резко поворачивается ко мне лицом, а я так же резко торможу, громко и часто дыша после марафона в пару километров.
Бежала, как угорелая, лишь бы успеть. Еще раз увидеть. Спросить.
Ведь он же объяснит мне, глупой, что это просто сплетни?
“Слышала, Платон завтра уезжает домой?”
“Жаль, я бы с ним еще разочек зажгла!”
“Какой же он красавчик!”
“Этого не может быть!”
Последнее — это мои мысли, о которых никто даже не догадывается. Глупые, наивные, но уж какие есть! Девчонки сплетничали на перемене, а я случайно мимо проходила. Платон — имя редкое, а его обладатель появился у нас в городе недавно. Бабушку любимую приехал проведать, тем самым вызвав фурор у всего женского населения нашего скромного района.
Включая и меня…
— Мы договорились встретиться… вечером…
— Вот вечером и приходи, — выдает парень с безразличием, а у меня сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
Нет, не от быстрого бега, а от переживания — моя первая любовь сейчас закончится, толком не начавшись.
— Ты не рад меня видеть? — я настаиваю, хотя прекрасно понимаю, что зря.
Это правда, горькая и безжалостная. Парень злится и не скрывает этого, а значит, девчонки не соврали.
И меня, как я понимаю, посвящать в свои планы он даже не планировал…
— Слушай, что тебе от меня надо? — Платон захлопывает дверь автомобиля и делает шаг в мою сторону. — У меня дела, — разводит руками в разные стороны. — Срочные! — зачем-то громко добавляет, а лишь печально вздыхаю.
— Я мешаю?
— Мешаешь!
Как же я ненавижу свою жизнь — я всегда и всем мешаю. Даже поплакаться толком некому, у меня и подруг как таковых нет. Про мать промолчу — ей всю жизнь было “не до меня”.
Ненавижу свою школу… Ненавижу этот долбанный город…
Я себя тоже ненавижу!
А сейчас так и подавно кажусь себе жалкой, никчемной, брошенной…
— Зачем ты так…
— Посмотри на себя и на меня, — со злостью выдает мне парень прямо в лицо, а я мысленно усмехаюсь.
“Спасибо, хоть убогой не назвал!”
— Погуляли, развеялись, у нас разве что-то было? — приподнимает одну бровь вверх в ожидании ответа.