— Ну, ничего страшного, — сказал неожиданно Айно. — Ты все равно попросила. За слона.
— Что за слона? — спросил Семирадский. — Вам обещали?
— Да. Завтра, — сказала Альбина. — Тогда я и поняла, что нас убьют завтра в первой половине дня.
— Почему?
— Потому что Ян всегда держит слово. Но особенным образом, с обманом. Если он дал слово, что поможет слону днем, значит, будут объективные обстоятельства, которые не дадут помочь. И он будет чист перед своей совестью. А мы все будем мертвые.
— Надеюсь, что вы преувеличиваете, — сказал Семирадский. — Я надеюсь.
Он не видел Алмазова, вернее всего, не знал о его существовании и недавнем приезде, и потому его слов никто не принял всерьез.
— И еще он хотел попрощаться, — сказала Альбина. — Мы же давно знакомы.
После этих слов наступило долгое молчание, и, видно, не выдержав паузы, профессор произнес:
— А вы слышали о художнике Семирадском?
— Разумеется, — сказал Андрей. — Он писал библейские сюжеты.
— Он был очень чувственный, — добавила Альбина.
— Это мой дядя, — сказал обрадованно профессор, словно встретил потерянных родственников.
Потом Альбина поднялась и сказала, что хочет посмотреть на звезды.
— Это можно сделать не выходя из дома, — сказал Андрей.
— Я провожу вас, — сказал Айно.
— Только умоляю, не отходите от дома, — сказал профессор.
— Мы постоим у дверей и вернемся, — сказала Альбина.
И Андрею было нечего больше сказать. Он должен был сообразить и предложить себя в спутники Альбине, а не запрещать. Что ты можешь запретить женщине, которая знает, что завтра умрет?
— Я полагаю, — сказал профессор, протягивая Андрею кружку с разведенным спиртом, — что на вышке они поставили прибор, который определяет воздушную цель. Они будут производить налет на город на аэропланах, а с вышки их будут засекать.
— И сбивать? — спросил Андрей с мрачным сарказмом.
— Наверняка у них где-то укрыты батареи зенитных пушек, — сказал Семирадский.
Было очень тихо, чуть потрескивали головешки в костре, с улицы доносились невнятные звуки разговора.
— Я читал в газете, совсем недавно, — сказал профессор, — что в Англии проводятся опыты по этой части. Это очень важно в будущей войне.
— Для этого незачем строить город, — сказал Андрей. Голос профессора его раздражал. Ему хотелось услышать, о чем говорят Айно и Альбина.
— Да, — согласился профессор, — города не строят для того, чтобы разрушать…
— На вышке лежит бомба, — сказал Андрей. — Особая бомба. Я не знаю другого объяснения.
Андрей замолчал, охваченный тяжелой тоской. Он угодил в тупик и потерял следы Теодора. А самому уже не выбраться, не успеть.
— Я пойду, — сказал профессор. — Уже поздно.
— Я провожу вас до угла, — сказал Андрей.