Она знала, что добудет ящик и ничто ее не остановит; даже если бы сейчас возникла необходимость взорвать детский дом — она не усомнилась бы в своих действиях.
Разумеется, если следовать законам ковбойских или рыцарских историй, Татьяна либо ее спутники должны были крикнуть Бегишеву:
— Кидай ящик, или я стреляю!
Но так поступить — это риск, Бегишев спрячется и сам начнет стрелять. Или к нему на помощь ринутся его дружки.
Поэтому Татьяна не стала рисковать, а когда спина Бегишева приблизилась настолько, что промахнуться было невозможно, она на секунду остановилась, чтобы прицелиться.
Спина была как цель. Как нечто неодушевленное.
Но на самом деле Оскар был не только живым, но и чутким человеком. Он почувствовал смерть.
Он резко обернулся, и, будь Татьяна менее решительна, она могла бы промахнуться… А Татьяна выстрелила.
И выстрелила в глаза Бегишева — они были такие белые и бешеные на темном лице!
Бегишев постарался закрыться ящиком, который прижимал к животу.
Но он уже был мертв.
Татьяна стреляла еще и еще, а Бегишев не хотел падать, словно в этом была капитуляция, а капитулировать Оскар не умел.
Алик кинулся к шефу, решив, что тот споткнулся. Татьяна выстрелила в Алика и ранила его в плечо. Алик удивленно схватил себя за плечо — ему было больно.
— Ты что! — крикнул он. — Больно!
И тогда Алика убил другой преследователь.
Бегишев и после смерти не хотел расставаться с ящиком, поэтому убийцы потратили минуты три, стараясь отвалить в сторону его неподъемную тушу и достать из-под него ящик с драгоценностями.
Они взяли ящик и побежали обратно. Впереди — Татьяна, а за ней двое других, которые несли ящик.
Они пробежали совсем рядом с Андреем, стоявшим на коленях у бесчувственной Антонины. Он старался угадать, что же происходит вокруг.
Похитители ящика спешили и не стали стрелять в Андрея. Им было важнее дотащить добычу до катера.
Одного из них Андрей узнал, это был милый, душевный, интеллигентный Алеша Гаврилин. Второго Андрей не узнал, а может, помешала узнать рассветная мгла.
Странно, но к Андрею вернулось спокойствие. Все для него кончилось. Он может вернуться домой и больше не участвовать в кораблекрушениях.
Антонина застонала и, не открывая глаз, пробормотала:
— Холодно, как ужасно холодно!
— Сейчас за нами придут, — откликнулся Андрей.
— Шведы?
— Шведы.
— А наши, где наши? Что с Оскаром? Где ящик?
Андрей не ответил. Забормотал мотор катера, взревел, и тут же его звук стал удаляться. Катер уходил в море.
Может, к острову Готланд, где живет хороший слесарь, а может, к островку в финских шхерах, где ждут надежные люди.
Снова пошел снег.