— Откуда ты знаешь?
— В прошлом я знавал таких, как ты.
— И у тебя тоже есть дар, так?
— Да.
— Значит, и ты чувствуешь, что снаружи есть нечто?
— Да.
— И я чувствую. А ты знаешь, что оно делает?
— Ищет меня.
— Я тоже чувствую это. А зачем?
— Может быть, чтобы испытать мою силу. Оно знает, что я здесь. И раз я — новый союзник Ганелона, оно хочет разобраться, кто я и что из себя представляю…
— Это сам рогатый?
— Не знаю. Впрочем, не думаю.
— А почему?
— Если я действительно могу погубить эту тварь, едва ли она будет искать меня здесь — в твердыне своего врага, без помощи и поддержки. Должно быть, это кто-то из ее слуг. Может быть, уж не знаю как, именно поэтому призрак отца… не знаю. Если посланец сумеет найти меня и открыть мое имя, рогатый будет знать, к чему готовиться. Если он сумеет войти и убить меня — проблема решена. Если же я убью посланца, это откроет хотя бы столько о моей силе. Что бы ни случилось, рогатый извлечет из этого выгоду. И ему пока незачем рисковать собственной черепушкой.
Мы ожидали в полутемной комнате, минуты сгорали в пламени свечи.
— Что ты имел в виду, когда сказал «откроет мое имя»? Какое имя? — спросила Лоррейн.
— Имя того, кто почти не пришел сюда, — ответил я.
— Значит, оно может откуда-то знать твое имя?
— Не исключено, — ответил я.
Лоррейн отодвинулась подальше.
— Не пугайся, — сказал я, — я тебе вреда не причиню.
— Я все равно боюсь, и ты причинишь мне вред! — ответила она. — Это я знаю! Но я хочу тебя! Почему я хочу тебя?
— Понятия не имею, — ответил я.
— Что-то бродит там, за окном! — в легкой истерике крикнула Лоррейн. — И все ближе! Ближе! Слушай! Слушай!
— Заткнись! — рявкнул я. Холодные мурашки побежали по спине, петлей сдавило горло. — Скорей, прячься туда, за кровать.
— Я боюсь темноты, — пожаловалась она.
— Живей, иначе я оглушу тебя и сам туда запихну. Здесь ты будешь только мешать.
Взмахи тяжелых крыльев заглушили рев непогоды. О камни что-то заскрежетало, и Лоррейн рванулась исполнять мой приказ.
И тут на меня уставилась пара кровавых сверкающих глаз, стремившихся заглянуть прямо в душу. Я отвел взгляд. Тварь стояла перед окном на карнизе и разглядывала меня.
Более шести футов было в ней, изо лба выступали громадные ветвистые рога. Нагое бесполое тело как пепельно-серый мундир, громадные крылья исчезали в ночи за окном. В правой руке тварь сжимала короткий тяжелый меч из темного металла, на котором плясали руны. Левой рукой она вцепилась в решетку.