— Зачем это вам?
— Отец предложил. Сказал, что членам его семьи не помешает. Наверное, он прав. А вообще, он очень хотел иметь сына.
— Ваша сестра тоже училась боевым искусствам?
— Нет, ей это было не интересно.
— Как насчет дипломатической карьеры?
— Вы говорите не с той сестрой.
— А богатый муж?
— Они скучные и толстые.
— Что же вас интересует?
— Может, как-нибудь позже расскажу.
— Хорошо. Я напомню, если вы забудете.
Мы дошли до южной оконечности Главной улицы. На Краю Земли нас поджидал ветер. Внизу шумел зимний океан — свинцово-серый, с белыми барашками волн. Над волнами кружились множество птиц и длинный восточный дракон.
Мы прошли под Большой Аркой и оказались на смотровой площадке. Отсюда открывался завораживающий вид на черно-бурый берег и ведущую вниз крутую широкую лестницу. Волны оставляли на песке извилистые следы, похожие на морщины старика. Ветер здесь был пропитан солью и запахом моря.
Корал непроизвольно подалась назад, потом опять приблизилась к краю.
— Вблизи лестница выглядит опаснее, чем я думала, — произнесла она наконец. — Наверное, когда по ней идешь, уже не так страшно.
— Не знаю, — ответил я.
— Вы ни разу по ней не спускались?
— И не поднимался тоже. Не было повода.
— А я думала, вас будет сюда тянуть после того, как ваш отец принял здесь роковое сражение.
— Моя сентиментальность проявляется в ином, — пожал я плечами.
Корал улыбнулась.
— Давайте подойдем к морю. Пожалуйста.
— Конечно, — ответил я и шагнул вперед.
Широкие ступеньки опускались футов на тридцать, после чего резко обрывались. Дальше круто вниз уходил узкий, прорубленный в каменной стене проход. По крайней мере ступеньки не были влажными и скользкими. Далеко внизу лестница снова расширялась, так что по ней могли спускаться одновременно два человека. На данномже этапе идти приходилось по одному, и я разозлился, ибо Корал каким-то образом оказалась впереди.
— Если вы прижметесь, я протиснусь впереди, — сказал я:
— Зачем?
— Затем, что, если вы поскользнетесь, я окажусь спереди.
— Не волнуйтесь, — ответила она. — Я не поскользнусь.
Я понял, что спорить бесполезно.
Пролеты лестницы лепились к каменной стене. Местами ступеньки буквально нависали над пропастью, ветер неистовствовал, и нам приходилось прижиматься к скале всем телом. Перил не было на всем протяжении лестницы. Местами стена нависала над нашими головами, создавая эффект пещеры, затем мы выбирались на открытые участки, и ветер едва не срывал нас со ступенек. Несколько раз плащ хлестал меня по лицу; я выругался и вспомнил, что местные жители редко посещают собственные достопримечательности. Только теперь я оценил их мудрость.