— Так ты принадлежишь к королевской семье Хаоса?
Дара улыбнулась.
Я встал, отошел к камину и начал рассматривать остывший пепел.
— Весьма, весьма польщен, что именно мне была отведена роль быка-производителя. — Я картинно поклонился. — Но даже если принять — условно! — твои слова на веру, остается интересный вопрос: зачем ты все это рассказываешь?
— Затем, — ответила она, — что я боюсь, не зашли бы наши повелители в своих проектах так же далеко, как Бранд — в своих. Или дальше. Это я все о том же равновесии. Очень немногие понимают, насколько оно хрупко. Я ходила по Теням рядом с Амбером и бывала в самом Амбере; я хорошо знакома с окрестностями Хаоса. Я повидала очень многое, встречалась со многими людьми. Потом, познакомившись с Мартином, я почувствовала, что результат изменений, благоприятность которых мне подробно описывали, далеко не сведется к перекройке Амбера по вкусу наших старейшин. Задуманные «улучшения» обескровят Амбер, с биполярным миром будет покончено, Хаос восторжествует. К нему присоединится большая часть Теней. Амбер станет островом. Некоторые из наших старейшин до сих пор бесятся оттого, что Дворкин создал Амбер, и действительно хотят вернуть былые дни. Первозданный Хаос, из которого затем появилось все остальное. Мне же теперешняя ситуация нравится больше, и я хочу ее сохранить. Я хочу, чтобы в этой схватке ни одна из сторон не победила полностью.
Я повернулся и успел увидеть, как Бенедикт качает головой.
— Значит, ты ни на чьей стороне, — заключил он.
— Вернее сказать, на обеих одновременно.
— Ну а ты, Мартин, — спросил я, — ты с ней заодно?
Он кивнул.
Рэндом засмеялся:
— Вот так вот вдвоем? И против Амбера, и против Двора Хаоса? Чего же вы надеетесь добиться? Каким образом намерены вы реализовать свои представления о равновесии?
— Мы не одни, — возразила Дара, — и план — не наш.
Ее пальцы скользнули в карман и извлекли на свет что-то блестящее, оказавшееся по рассмотрении кольцом нашего отца.
— Где ты взяла эту штуку? — заинтересовался Рэндом.
— Угадай с трех раз.
Бенедикт шагнул вперед и протянул руку; Дара беспрекословно рассталась с кольцом.
— Да, то самое, — сказал он, скрупулезно обследовав семейную реликвию. — На внутренней стороне есть мелкие пометки, которые я видел раньше. Почему оно у тебя?
— Во-первых, чтобы убедить вас, что я действительно исполняю его приказания.
— А как ты с ним познакомилась? — спросил я.
— Я встретила его некоторое время назад, когда у него были… ну, скажем, затруднения. И даже помогла ему от этих затруднений избавиться. Это было после встречи с Мартином; я уже успела проникнуться некоторой симпатией к Амберу. Кроме того, ваш отец весьма обаятелен и умеет убеждать. Мне не захотелось оставаться в стороне и видеть его пленником моих родственников.
— А ты не знаешь, кстати, как они его поймали?
Она покачала головой:
— Знаю только, что Бранд затащил Оберона в какую-то достаточно далекую от Амбера Тень, где его смогли взять. Что-то насчет поисков магического устройства, способного-де исправить Образ. Теперь он понимает, что на это способен только Камень.
— Ты помогла ему сбежать… И как это отразилось на твоих отношениях с родственничками?
— Да уж не положительно. В настоящий момент у меня нет дома.
— И ты хочешь найти его здесь.
Дара вновь улыбнулась:
— Это уж как пойдут дела. Если наши победят, не останется ничего иного, как вернуться. Или уйти в Тень — если, конечно, от них что-нибудь сохранится.
Я достал Козырь и посмотрел на него: