Я вспомнил Дворкина в ту ночь, когда он прикидывался мной.
Бенедикт кивнул:
— Папаша надул нас под личиной Ганелона.
— Оберон — сын Хаоса, — сказала Дара, — мятежный сын мятежного отца. Но способность у него осталась.
— Почему же тогда мы так не можем? — спросил Рэндом.
Она пожала плечами.
— А вы когда-нибудь пробовали? Может, и можете. С другой стороны, в вашем поколении способность могла угаснуть. Не знаю. Что до меня, в трудный момент я перехожу в одну из любимых форм. Там, где я выросла, это нормально, иногда другая форма даже доминировала. У меня остался рефлекс. Именно это ты и видел.
— Дара, — спросил я, — а зачем тебе все это — сведения о семье, Образе, Козырях, Амбере? И сын?..
— Ладно, — вздохнула она. — Ладно. Сейчас ты уже знаешь, какие у Бранда планы — уничтожить и воссоздать Амбер…
— Да.
— Это делалось с нашего согласия и при нашем содействии.
— В том числе и убийство Мартина? — спросил Рэндом.
— Нет, — покачала головой Дара. — Мы не знали, кого он собирается использовать в качестве… агента.
— Вы бы остановились, если бы знали?
— Ты задаешь гипотетический вопрос, — сказала она. — Ответь сам. Я рада, что Мартин все еще жив. Добавить мне нечего.
— Ладно, — кивнул Рэндом. — А что насчет Бранда?
— С нашими предводителями он связался с помощью подхваченного у Дворкина приемчика. У него были амбиции, но не хватало познаний и силы. Вот он и предложил сделку.
— Какого рода познаний?
— Во-первых, он не знал, как разрушить Образ…
— В таком случае это вы ответственны за то, что он сделал, — обвинил Рэндом.
— Считай как хочешь.
— Именно так я и считаю.
Она пожала плечами и посмотрела на меня:
— Так вы будете слушать?
— Валяй. — Я взглянул на Рэндома, тот кивнул.
— Бранду дали то, чего он хотел, — продолжала Дара, — но доверять ему никто не собирался. Опасались, что, получив силу ваять мир по собственному желанию, он не ограничится правлением в переделанном Амбере, а захочет распространить свою власть и на Хаос. Ослабленный Амбер, чтобы в новом равновесии нам досталось больше теней и сила Хаоса возросла — вот что было бы желательно. Давным-давно стало ясно, что невозможно ни слить наши королевства воедино, ни уничтожить одно из них, не нарушив все процессы, берущие начало в их взаимодействии. Результатом будет либо мертвая недвижность, либо полный хаос. Однако, несмотря на все подозрения, наши предводители договорились с Брандом. Такой случай подворачивается раз в столетия, его надо было ловить. Мы решили, что Бранда можно использовать, а потом, в подходящий момент — заменить.
— Значит, вы тоже замыслили двойную игру, — сказал Рэндом.
— Сдержи он свое слово — не было бы никакой двойной игры. Только мы знали, что он его не сдержит. Вот и приготовили на этот случай ответный ход.
— Какой?
— Достигнув цели, Бранд будет уничтожен. Его сменит член королевской семьи Амбера, который также принадлежит к одной из первых семей Двора, взращенный у нас и подготовленный к этой роли. Строго говоря, Мерлин связан с Амбером и по отцовской, и по материнской линии — через моего предка Бенедикта и прямо через тебя, он — потомок двух лучших претендентов на ваш престол.