Ганелон прокашлялся.
— Ну, все не совсем так…
— Что ты хочешь этим сказать?
— Эта механическая рука была ведь не в седельном вьюке у несчастного Яго. Рэндом положил ее в твой вьюк. Вместе с продовольственными припасами. А когда мы поели, он сложил всю кухонную утварь в свой вьюк, как и раньше, а для руки там места не было, так что…
— Ах вот как! — сказал я. — Тогда, значит…
Ганелон кивнул.
— …она сейчас у него с собой, — закончил он за меня.
— И рука, и сам Бенедикт… Черт побери! Что-то все это мне не слишком нравится. Эта рука и без того пыталась убить меня. Никто прежде не подвергался такой опасности в Небесном Городе!
— Но с самим Бенедиктом-то все в порядке. Он на нашей стороне, даже если в данный момент у вас и возникли некоторые разногласия, верно?
Я не ответил.
Ганелон взял Дракона под уздцы и заставил остановиться. Потом внимательно посмотрел на меня:
— Корвин, что там все-таки случилось, наверху? Что ты там узнал?
Я колебался. А действительно, что такого особенного узнал я в том призрачном городе на небесах? Никто и никогда не мог быть уверен в том, что стоит за являющимися там видениями и предсказаниями. Вполне возможно, как мы порой и подозревали, что там просто воплощаются чьи-то невысказанные страхи и желания, смешанные порой с неосознанными догадками. Делать выводы и пытаться разумно обосновать пусть даже странные стечения реальных обстоятельств — это одно. Но подозрения, порожденные чем-то неведомым, видимо, следовало бы все же отмести в сторону, не придавая им особого значения. И все же как тут ни крути, а механическая рука была достаточно материальной…
— Я уже говорил тебе, — сказал я, — что отрубил эту руку у призрака Бенедикта. Ясно, что мы с ним бились.
— И теперь тебе эта схватка представляется предвестницей реального поединка с Бенедиктом?
— Возможно.
— Однако там тебе было указано и на причину вашей ссоры, не так ли?
— Ну хорошо, — произнес я, слегка вздохнув. — Ты прав. Мне было дано понять, что Дара действительно является родственницей Бенедикта. Что может быть и правдой. Также вполне возможно, что сам он об этом даже не подозревает. А потому давай умолчим обо всем, пока не проверим этот факт. Договорились?
— Разумеется. Но как такое возможно?
— В точности так, как она и сказала.
— И она действительно его правнучка?
Я кивнул.
— От кого?
— От одной ведьмы, которую мы знаем только по слухам, — некоей Линтры, той самой дамы, которая стоила ему руки.
— Но ведь битва, в которой Бенедикт потерял руку, произошла совсем недавно.
— Время течет с разной скоростью в разных местах Тени, Ганелон. В дальних пределах это было бы возможно.
Он потряс головой и чуть ослабил узду.
— Корвин, я уверен: Бенедикту непременно следует об этом знать, — проговорил Ганелон твердо. — Если это правда, ты должен дать ему возможность как-то подготовиться, чтобы подобные новости не обрушивались на него как снег на голову. Вы, в вашем королевстве, какие-то все бесплодные, что ли? Во всяком случае, отцовство, похоже, является для вас куда более тяжким ударом, чем для любого нормального мужчины. Вон, посмотри на Рэндома. В течение многих лет он как бы и не имел сына, зато теперь!.. У меня такое ощущение, что он готов ради него жизнь отдать.
— И у меня тоже, — кивнул я. — А теперь забудь первую часть моего рассказа, однако не забывай о второй, чтобы сделать с ее помощью еще один шажок в истории с Бенедиктом.
— Ты думаешь, он принял бы сторону Дары в битве против Амбера?