Разумеется, это было утро битвы, наш лагерь стоял в холмах у Круга. Несколько раз на нас нападали — это были небольшие партизанские стычки. Истребив нападавших, мы следовали дальше. Достигнув заранее намеченного района, мы разбили лагерь, расставили стражу и отправились отдыхать. Наш сон не потревожил никто. Я проснулся, размышляя, неужели все сестры и братья думают обо мне то же, что и я о них. Это было бы грустно.
Уединившись в небольшой рощице, я налил в шлем воды, взбил пену и сбрил бороду. А потом, не торопясь, оделся в свои поношенные цвета. Теперь я вновь был тверд как камень, черен как земля, и суров как дьявол. Сегодня — тот самый день.
Я надел кольчугу, шлем, надвинул забрало, перепоясался, сбоку пристегнул Грейсвандир. Потом заколол плащ на шее булавкой в виде серебряной розы.
Тут за мной явился посланец известить о том, что почти все готово.
Я поцеловал Лоррейн, которая все же настояла на том, что будет здесь. А потом уселся на свою чалую по кличке Звезда и отправился вперед.
По дороге ко мне присоединились Ганелон и Ланс.
— Мы готовы, — дружно сказали оба.
Я вызвал офицеров и дал им инструкции. Они отсалютовали, повернули коней и разъехались.
— Теперь недолго, — сказал Ланс, раскуривая трубку.
— Как твоя рука?
— Хорошо, — ответил он. — А после твоей вчерашней обработки даже чудесно.
Я поднял забрало и закурил.
— Ты сбрил бороду, — удивился Ланс. — Не могу даже представить тебя без нее.
— Так шлем прилегает лучше, — ответил я.
— Желаю нам удачи, — сказал Ганелон. — Не знаю никаких богов, но если кто-нибудь из них позаботится о нас, я буду ему благодарен.
— Бог един, — отвечал Ланселот. — И молю, чтобы Он не оставил нас Своей милостью.
— Аминь, — закончил Ганелон, зажигая трубку. — На весь этот день.
— Он будет наш, — сказал Ланс.
— Конечно, — ответил я. А солнце своим краем растревожило восток и утренних птиц в ветвях. — Похоже на то.
Докурив, мы выбили трубки и упрятали в кисеты. Потом затянули все ремни и застегнули пряжки доспехов.
Ганелон сказал:
— Ну что же, начнем.
Офицеры отрапортовали, мои воины были готовы.
Спустившись по склону, мы собрались у границы Круга. Внутри ничто не шевелилось, войска не было видно.
— Интересно, как насчет Корвина? — произнес Ганелон.
— Он с нами, — заверил я его, и Ганелон посмотрел на меня странным взглядом, словно впервые заметив розу, а потом резко кивнул.
— Ланс, командуй, — сказал он, когда все собрались.
Ланс извлек клинок. Отзвук его клича «В атаку!» эхом прогромыхал вокруг.
Мы беспрепятственно въехали в Круг на полмили, и тут началось. В авангарде нас было пять сотен всадников. Появилась черная конница, мы встретили ее.
Через пять минут они были сломлены, мы двинулись дальше.