Ванильный вздохнул. Ему было ужасно обидно за призрачных девчушек. Все-то от них чего-то хотели! И, видимо, Тиольф понял настроение студента.
— Да, это несправедливо: их кто-то проклял, а мы хотим воспользоваться их помощью. Но кто, кроме призраков, сумеет быстро и легко отыскать утекшие от нас души? Они неопасны, это души двух скитальцев, и они по сути были неплохими людьми… Но вот незадача: именно их нельзя было выпускать!
— Почему? — удивился Теренций.
— Потому что они не из нашего мира.
Тут в лаборантскую вошел другой преподаватель, помоложе и побойчее многословного и медлительного господина Тиольфа. И этот преподаватель спросил:
— О чем это вы? Господин Тиольф! Вы опять рассказываете все подряд и всем подряд? Я пожалуюсь господину Криспиану.
Теренций уж точно не был «всеми подряд», но спорить не стал. К чему? Скорее всего, господин Гвито прав, пожилой преподаватель тут наговорил лишнего: все эти утечки душ и их поиски… Но это ведь было так интересно!
— Извините, господин Гвито, — сказал Теренций, — будем считать, что я уже все забыл.
Господин Тиольф запер бутылку в шкафчик и повернулся к студенту.
— Уговор в силе? — спросил он.
И Ванильный некромант кивнул.
— Надеюсь, вы понимаете, что делаете, — сказал Тиольфу господин Гвито.
— Никакого риска для детей, — кивнул Тиольф. — Ни малейшего! Клянусь своими мозолями.
— И лучше не спрашивай, где у него мозоли, — шепнул Теренцию Гвито.
Глава 18. Сущность
Карина и Юлианна торчали под дверью библиотеки, едва дыша и боясь, что их вот-вот обнаружат. Мечты о крылышках на платье были забыты. Какие там крылышки, когда происходит что-то такое, интересное!
Генриетта стояла поодаль, внимательно изучая найденную между прочими книгу о призраках, духах и прочих «бестелесных сущностях», как было написано на обложке. Карина и Юлианна же подглядывали и подслушивали в маленькую щелочку. Они уже научились делать подслушивающие и подглядывающие заклинания, но применять их при том, что в библиотеке сейчас хозяйничала сама директриса, было бы глупо.
По полу страшно тянуло сквозняком. Тянуло так, словно где-то открыли огромное окно в зиму. Карина даже заскучала по теплой и дружелюбной ночной темноте, скрытой в зонтиках!
— Что это такое она делает? — спросила Юлианна озадаченно.
Госпожа Маркура какими-то на редкость плавными пассами заставляла золотистое облачко попасть в стеклянную банку. Крышка лежала рядом на полочке.
Облачко плясало вокруг темноволосой головы директрисы и в банку явно не хотело.
— Вот если б у нее была флейта, как у Полины, — прошептала Карина.
Ей вдруг показалось, что она знает, как заставить облачко попасть в банку. Но только ей тоже не хотелось, чтобы оно там сидело.
— А что оно вообще такое? — спросила Юлианна. — Призрак? Но призраков-то видишь только ты, Кариночка. А облачко видели все!
— Потому что это расконсервировавшаяся бестелесная сущность, — сказала Генриетта.
— Раскос… чо? — не поняла Юлианна.
— Расконсервировавшаяся. Некроманты, случается, что используют ловушки для духов, — сказала девочка. — Вот здесь, в книге, написано.
Она слегка нахмурила ярко-рыжие брови и продолжила чтение.
Но это длилось недолго: из библиотеки высунулась Лисси, окинула всех по очереди суровым взглядом, а затем нехотя обратилась к Карине:
— Госпожа Маркура тебя зовет.