Следы этого «баловства» повсюду: дорогой телевизор, новая посуда, современная этажерка и комод, втиснувшиеся между старыми шкафами, доверху забитыми множеством мелочей. Над этажеркой – постер какой-то современной группы, похоже, вклад подростка в интерьер дома.
Вещей было так много, казалось, для воздуха совсем не осталось места, а от пестроты в глазах поплыли черно-белые полосы.
– Тебе плохо? – Антон и не заметил, как Кирилл оказался рядом.
– Вытерплю, но давай поскорее.
– Я чайник поставлю? – В голосе несостоявшейся тещи гостеприимства не чувствовалось.
– Нет, мы торопимся, – Кирилл сел на «царскую табуретку», не дожидаясь приглашения. – Давайте подробно, сколько лет Кате, где учится, когда пропала.
Антон слушал и не мог поверить. Катюше скоро двенадцать, значит, они с Анной познакомились, когда девочке было чуть больше года. К тому времени, она уже жила в городе, и не просто жила, ему тогда казалось, что довольно давно. Тюнинг, все эти современные ухищрения, хорошее знание популярных мест – как он мог подумать, что всего лишь за год до этого она жила с новорожденной девочкой в такой глуши?
– Отец, кто отец девочки?
Вопросы Кирилла доносились словно издалека. Петрухина старшая смутилась, покосившись на бывшего любовника дочери, но ответила:
– Парень один из Латково. Анечка ведь моя в Латково училась, повариха она.
– Повариха? – не выдержал Антон. – Повариха???
– Успокойся, друг, – Кирилл с силой усадил Антона рядом. Надо же, оказывается, все это время он даже не присел.
– А что удивляетесь? Институтов в Латково нет, да и не прошла бы Анечка в институт, деньгами не богаты.
– Продолжайте, продолжайте, – Кирилл коснулся ладони женщины. Та заметно успокоилась, голос стал тверже.
– Отца у Катеньки нет. Убили его в пьяной драке. Вышел из тюрьмы, на свободе и полгода не погулял. Вот и осталась у девочки только мать… и я, – после паузы.
– Ну что, в Латково? – спросил Кирилл, скорее для того, чтобы вернуть Антона к жизни. Тот кивнул.
Всю дорогу до райцентра Антон примирял себя с новыми знаниями. Мысли путались, подпрыгивали в унисон автомобилю. Он ничего не знал о женщине, с которой был вместе. А вместе ли? Рядом, вовсе не означает вместе. Опять его заносит… Но Анька-то хороша, бросила ребенка на пожилую мать, уехала в город устраивать жизнь. За год успела все: и по косметическим салонам пройтись, и своей в многочисленных тусовках стать. Как, как ей это удалось? Антон не был столь наивен, разумеется, у нее был обеспеченный покровитель или покровители, что быстрее. Почему она остановилась на Антоне? Прежние не хотели связывать себя узами или она просто надоела? Антону стало так мерзко, что захотелось бросить все, бросить эту непутевую девчонку, не заезжать в интернат, откуда та сбежала.
– Эй, мы должны делать свое дело, – Кирилл словно читал мысли. – Ты расскажи, если хочешь, диктофон выключен.
Неожиданно Антон засмеялся.
В интернате их уже ждали, спасибо Сергею, который оперативно связался с руководством учреждения. Юная сотрудница, представившаяся неожиданно официально Светланой Олеговной, проводила их в кабинет директора.
«Интересно, у них что, протоколы какие-то по оформлению?» – думал Антон, рассматривая нехитрое убранство. Казалось, что он на несколько минут попал в свое детство, Т-образный стол, во главе которого сидела Валентина Ивановна, директор его школы.
– Валентина Константиновна, – представилась женщина хорошо поставленным голосом. – Присаживайтесь. Что вы хотели узнать?
Антон уловил еле заметное движение Кирилла к карману – диктофон. Сергей был прав, далеко ему еще до рядового сотрудника Ангелов. Он бы точно растерялся, он всегда боялся подобных дам, умеющих любого собеседника превращать в нашкодившего школьника. Валентина Константиновна демонстрировала недовольство, она уже дала показание полиции, и совершенно не понимает, почему должна объясняться еще и перед общественниками. Но обаяние Кирилла взяло верх, уже через несколько минут она рассказывала о сложностях педагогического состава, о современных детях, которых почти невозможно удержать в каких-то рамках. Кирилл сочувственно поддакивал.
– Вот и Катя Петрухина совсем не подарок. Мать ее балует, недавно смартфон подарила, девчонка его из рук не выпускает.
– Телефон, не подскажите номер?
– Пожалуйста, – директор открыла какую-то тетрадку и продиктовала нужные цифры.
– Вне зоны действия.
– Да, отключен, что же вы думаете, мы не пытались дозвониться? – директриса хмыкнула.
– А подружки, кто у Кати самые близкие подруги?
– Они ничего не знают, я лично расспрашивала.