Стас тихо вошел.
Кира только-только легка в кровать. Ее мучила бессонница, поэтому она допоздна рисовала эскизы. Почувствовав боль в шее, она прервалась и как раз услышала дверной скрип. Она молча забралась под одеяло, закрыла глаза и притворилась спящей.
Стас этого, конечно же, не заметил — плохое освещение не давало разглядеть лицо Киры. Он осторожно взял ближайший стул, поставил рядом с кроватью и, усевшись, стал молча наблюдать за спящей девушкой.
Он о многом хотел ей рассказать, но не знал, с чего начать, как выразить свои чувства. Стас протянул руку и сжал ладонь Киры, опустив голову.
Все погрузились в сон этой темной ночью. Лишь он один бодрствовал, вслушиваясь в дыхание любимой девушки, наблюдая на ней. Как бы он ни каялся, вряд ли бы смог насладиться более умиротворенным моментом, чем этот. Он отпечатался у Стаса в сердце: прекрасный и беззаботный женский образ. Пусть Кира выглядела по-другому, но для него ничего не изменилось. Это все еще была его Кира.
— Все совершают ошибки, — говорил Стас. — И я не исключение. Я не прошу меня простить, просто позволь остаться рядом. Прости, Кира. Я причинил тебя так много боли. Потеря ребенка и меня подкосила. Из-за моей глупости я лишился возможности стать отцом. Каждую ночь я мечтаю потерять память, чтобы больше не мучиться. Бог даровал мне шанс, а я его упустил.
— Будь у меня еще один шанс, я бы хорошо о тебе заботился и ни за что бы больше не причинил боль. Держал бы твою руку до глубокой старости.
— Ненавидишь меня? Пускай! Лучше так, чем и вовсе обо мне забудешь. Ты дала мне понять, что значит «вечная любовь». Сколько бы ты меня ни ранила, я буду продолжать подставляться под твои удары. Будешь злиться? Ругаться? Мне и от этого будет хорошо.
— Кира, я столько всего тебе наговорил, но ни разу не сдержал свое слово. Мне так тяжело без тебя, правда тяжело. Словами не передать.
Стас просидел так до пяти утра. Хоть глаза у него были закрыты, то он не задремал ни на секунду, погруженный в свои мысли. Боясь, что Кира его увидит, мужчина нехотя отпустил ее руку, мокрую от пота. Приблизившись, Стас поцеловал ее в доб.
— Я люблю тебя. И это никогда не изменится.
После он поднялся и подождал пару секунд, проверяя, не проснулась ли Кира. Наконец мужчина убрал стул и вышел.
Как только дверь захлопнулась, девушка открыла глаза и подвигала пальцами рук. Она все еще ощущала тепло Стаса.
Уставившись в полоток, Кира почувствовала, как по ее щекам — вплоть до волос на висках — стекают слезы. Эта ночь тоже тяжело ей далась. Словами не передать, какую боль она переживала, и ей оставалось лишь молча ее терпеть. Она не могла ничего изменить, так что нужно было перешагнуть через боль и продолжать жить.
А чувства…У Киры просто не осталось сил и смелости на контакт. Однажды она сказала Светлане, что еще верит в любовь, но это была скорее отговорка, чтобы подруга перестала переживать. Откуда взяться силам на любовь? Потеря ребенка, увечья — все превратило ее сердце в камень.
На улице светало, ночь отступила, и лучи солнца ознаменовали начало нового прекрасного дня. Кира медленно прикрыла глаза. Ей не хотелось, чтобы кто-то узнал о ее бессонной ночи.
В начале седьмого проснулись Екатерина Алексеевна и Василька. Вторая женщина была хороша в готовке, поэтому Екатерина Алексеевна удалилась из кухни, предварительно оповестив Васильку о вкусовых привычках домочадцев.
Паша проснулся рано, а вот Маша валялась в кровати до последнего.
Светлана уже тоже не спала. Вспомнив о Стасе, она сдернула одеяло и уже собиралась встать с кровати, как Дмитрий перехватил ее тело ногами и затащил обратно.
— Поспи еще.
Светлана посмотрела на мужа.
— Уже утро. Отпусти.
Глава 608 Поругать меня собираешься?
Дмитрий притворился, что не услышал и продолжил спать, не выпуская Светлану.
— Надо бы сфоткать твою нахальную морду и показать всем сотрудникам компании. — Жена была недовольна.
Мужчина прижался к телу жены и хриплым спросонья голосом произнес:
— Подожди, лучше я сейчас сниму одежду, и ты сфотографируешь?
Светлана не нашлась что ответить. Слово «бесстыдник» не в достаточной степени его характеризовало.
— Хватит болтать чепуху. Мне правда пора вставать, — серьезно сказала жена. — Спущусь и посмотрю, как там Стас и Кира. Он сильно напился, а она могла за ночь глаз не сомкнуть.
Раньше Кира всегда казалась ей сильной, но вчера в ее глазах Светлана увидела тревогу. Похоже, ей не так уж и плевать на Стаса, как она пытается показать. Светлана не знала, чем еще могла им помочь. Как все уладить между ними?