— Папа, спасибо. — Маша заулыбалась. Она взяла Фаину за руку. — Тетя, быстрее.
— Снежок. — предупредила Фаина девочку. — Да, мы еще его не покормили.
— Пойду насыплю ему корма.
Снежок, будто понимал, что ему собираются дать поесть. Он бегал за ними, виляя хвостиком. Маша достала из шкафа корм. И с помощью Фаины насыпала его в миску. Затем снова пошла помыть руки и отправилась за стол. К этому времени Екатерина Алексеевна уже подала все блюда. Дмитрий вошел на кухню. Екатерина Алексеевна накладывалась еду в тарелки, чтобы отнести Кире. Увидев, что он зашел, она спросила:
— Вы что-то хотели?
— Надо оставить Светлане поесть? — он переживал, что жене ничего не останется, когда она проснется.
— Не волнуйся, в кастрюле остался бульон и пельмени.
— Хорошо. Через два дня приедет новая гувернантка, тебе будет легче.
Екатерина Алексеевна улыбнулась:
— Я бы хотела, чтобы всегда было так людно. В последнее время было слишком пусто. В этот раз Света больше не уедет?
— Не уедет. — он развернулся и ушел.
Екатерина Алексеевна наложила еды и понесла Кире.
А сидящая за столом Фаина еще не преступила к еде. Она уже проголодалась, но не могла есть, потому что за столом было лишь двое детей, а она была всего лишь гостьей. Паша наложил ей еды в тарелку и сказал:
— Тетя Фаина, ешьте, Екатерина Алексеевна очень вкусно готовит.
Только тогда, когда Дмитрий приступил к еде, она начала есть.
После Маша потащила Фаину за собой в комнату. Она еще хотела с ней поиграть. Но у девушки зазвонил телефон, это был Трифон, он сказал, что заберет ее.
— Мне пора домой. Я в следующий раз поиграю с тобой. — Фаине очень нравилась Маша, и Снежок был очень милым.
Маше было скучно сидеть дома, она не хотела, чтобы Фаина уходила. Девочка потянула Фаину за руку:
— Ты еще придешь ко мне?
— Приду.
— Я тебя провожу.
Маша уже считала Фаину своей подругой.
Дмитрий совсем не хотел видеться с Трифоном. Но он не мог позволить дочери одной выйти, поэтому пошел за ней. Фаина вместе с маленькой Машей вышли из особняка. Трифон уже вышел из машины, он ждал около ворот. На заборе светили фонари, было так светло, будто наступил день. Увидев, как они вышли, Трифон улыбнулся и сказал:
— Спасибо за прием, Дмитрий Ильич.
Дмитрий не обратил внимания, как Трифон протянул руки к Фаине.
— Маша, вернемся. — повернулся к дочери Дмитрий.
Трифон не сдавался, он продолжил говорить:
— Вы боитесь, что я заговорю со Светой? Специально не разрешаешь ей выходить?
— Ей плохо, она даже не ужинала. — Не успел Трифон договорить, как Фаина перебила его. Она отпустила руку Маши и подошла к нему.
Услышав, что Светлане плохо, Трифон нахмурился. Он спросил: