Ученые ИКПСС, измотавшись от ходьбы в надежде найти ответ, отдыхали от прогулок. Оба давно истосковались по еде. О жизнедеятельности их тел напоминало брожение желудка, просившего пищи. Мучила жажда. Запасы, те, что хранились в рюкзаках костюма, давно исчерпались. Луалазье ничто не оставалось делать, как поддаться желанию заснуть, просто закрыть глаза. Ястребов не стал его будить, решив, что если в скором времени его товарища не будет в живых, то смерть ему лучше принять во сне. Без мучений. Надежды на помощь у них не было никакой. Возможно, от визитеров с Земли, ставших неугодными по какой-то причине хозяевам красной планеты, те решили избавиться. Оставив навсегда в этих катакомбах, расчищенных, по всей вероятности, именно для таких инопланетных непрошеных посетителей. Но не только это волновало Андрея. Больше всей его жизни интересовала Джоанн, что же будет с ней?!
Его лицо исказила гримаса ужаса, но тут же исчезла, не хватало сил даже думать о ком-то другом плохое. Джоанн Линдау все же, считал про себя Андрей, опытный пилот, ведь не зря курсы летчиков она окончила с отличием, и к тому же Джоанн – на лице Ястребова появилась улыбка – красивый пилот.
Американка нравилась Андрею. Он сожалел о том, что не смог признаться ей в чувствах. «Впрочем, – он посмотрел в сторону Луалазье, посапывавшего во сне, – кто знает, может, у них все же когда-то были шуры-муры посерьезней…» Ястребов вспомнил, что биолог также была небезразлична итальянцу.
Однажды ожидая начала последнего подготовительного курса в центре подготовки пилотов, стоя возле окна коридора, Андрей случайно заметил, как Линдау о чем-то общалась с итальянцем. Девушка даже пару раз улыбнулась тому. «Неужели они встречаются? – гадал тогда Ястребов. – Возможно, а быть может, и нет. Во всяком случае она очень горда и вряд ли станет встречаться со мной». Так думал русский пилот за месяц до полета на Марс. За три месяца до вылета будущего экипажа в «Паларусе» команда претерпевала изменения в списке по нескольку раз. И Ястребов никак не ожидал, что в утвержденную группу войдет Джоанна. Это было приятным известием в сравнении с самим полетом, волнительным не менее, поэтому новость немного сковывала Андрея, так как он не знал, как поведет себя в том месте, где романтика препятствовала бы должностным обязанностям. Все же почти целый год придется скрывать свои чувства и, возможно, ревновать ее к другим, как предвидел он. Впрочем, обнадеживал себя Ястребов, сто пятьдесят дней или больше – это все же не вечность.
Втайне, сбившись с ног и устроив привал с товарищем в казавшейся бескрайней бездне туннеля, Ястребов все же желал, чтобы Луалазье, как бы он ему ни завидовал, вернулся с Джоанн на Землю и там они бы поженились. И выросли бы у них…
Ястребов прекратил бредовые, как он посчитал, мысли, отвлекавшие его от окутывавшего готического забытья. Он попытался встать на ноги, которые от бессилия почти не подчинялись.
«Все же здесь неплохое притяжение… – подумал Андрей, стараясь подавить зарождающуюся ненависть к неизвестным хозяевам катакомб, – …ведь все это не похоже на явления природы, это же явно сделано кем-то».
Сняв скафандр, Андрей почувствовал холод. Стараясь его не замечать, поднявшись, сделал несколько шагов от товарища.
– Ладно, ладно, чертовы гуманоиды, – стоял он едва на ногах, – вы, как думаете? А думаете вы только по-своему. Хотя мне и конец скоро, а костюмчик я портить не буду. Хэ, хэ-хэ-хэ…
Он не успел расстегнуть комбинезон, как почувствовал покачивание подошв своих ботинок.
– Что это? – спросил он самого себя.
Отойдя в сторону, он не заметил ничего, что показалось бы подозрительным. Внезапно он почувствовал удушье, услышал крики Луалазье. Опираясь на слух, он поспешил к товарищу, но, утратив сознание, не успел дойти.
***
Ястребов почувствовал свое тело. Приоткрыв глаза, заметил слабые очертания людей. Кто-то ходил или, стоя поблизости к нему, о чем-то говорил, приложив палец к уху. Первые таблетки-наушники были непрактичны, их приходилось поддерживать пальцами. Вскоре силуэт стал отчетливей, это была девушка с короткой стрижкой, кажется, она договаривалась с подругой о встрече.
Рука не слушалась, мысленно Андрей стал протягивать ее к ней. Девушка заметила его. Перламутровые волосы и прическа были очень ей к лицу. Смотря на Ястребова, она, о чем-то договаривая, улыбалась ему. Видение стало четким. Ястребов узнал в ней Арлен, видимо, он что-то ей говорит, потому что она его внимательно слушает, отстранив палец, не снимая улыбки. Ее веселый карий взгляд очень нравится Андрею. Он хочет задержаться с ней еще на большее время.
Внезапно видение девушки и комнаты гостиничного номера исчезло. Вновь появилась та же пещера, тот же свет, но дышать стало намного легче.
«А что с ним? – подумал он, вспомнив о друзьях. – А Волон здесь?!»
Он поднялся, огляделся. Утомленный раннее бессмысленными блужданиями по лабиринтам штолен, он поддался безысходности и отчаянию. Рядом никого не было. Представив себе, что вновь надо будет бродить по этим сумеркам и искать Луалазье, он поник. Желания увидеть кого-либо уже не было никакого. Он сел, обхватил голову руками и почувствовал, как слезы стекают по его щекам. Он заметил, как сон снова подступает к нему.
***
Доминик Ниелло Луэстэ Луалазье был спокойный, уравновешенный человек. В детстве его родители хотели воспитать из него учителя танцев, записав на курсы при начальной школе. Доминик отнесся с прохладой к этим занятиям и ко всем направлениям этого искусства. В десятилетнем возрасте его выбор пал на плавательные курсы. У него появились планы поступить в школу морской навигации при российском образовании.
Изменения в сознании подростка и желание приобрести навыки вождения малых судов, которые, как он считал, помогут отвлечься от безответных чувств к соседке Мариэль Мендисабаль, все же помешали поступить ему в лицей морского дела, не дав сосредоточиться на вступительных экзаменах.
После разрешения в 2058 году в армии объединенных наций проходить службу женщинам, девушки могли поступать на воинскую повинность, учиться и повышать свой стаж. Такой поворот судьбы в сознании у Луалазье никак не мог уложиться. Считалось, что более престижно служить в ДОН (дивизия объединенных наций), чем водить маломерные суда, тем паче, женщинам при большом их отборе было трудно попасть в подразделение элиты Объединенных Земель7. Где в этом тактическом соединение проявилась наибольшая значимость в речном транспорте. Итальянцу пришлось оставить свои мечты об Мариэль, она разбила его сердце.
Морской профессионал знал, что значит появление женщин на море. Смута в морском бою. Может проявиться слабохарактерность, так как женщинам в море все же тяжелее чем мужчинам. Морские волки считали: хороший мореход – одиночка. Именно этим утешался Доминик, решив отдать себя воде. Водное пространство после таяния ледников захватило наибольшую часть суши, и профессия навигатора морских путей требовалась больше всех.
Луалазье не удалось стать ни капитаном дальнего плавания, ни матросом. Вскоре, отслужив в регулярной армии, Доминик записался на курсы по иностранным языкам. Для практики, да и вообще, чтобы подышать свежим новым арктическим воздухом, посетил бухту Ново-Архангельск, названная в честь одного из городов, располагавшегося некогда в дельте реки Северной Двины, протекавшей устьем в Белое море там, где во времена Российской Федерации проходил саммит делегации соседствующих районов.
Климатические изменения резко отразились на прибрежных странах трех морей, например, Норвегии, Швеции. Город Берген часто страдал от затоплений, наносимых ему одним из ближних фарватеров. Предприниматели Финляндии предлагали распродажу своей техники. Губительный район морского залива причинял в последнее время огромные потери лесным массивам исходя из чего промышленным местам восточного побережья Балтики.
Северная Германия внесла в свою культуру новые знания об образовании народов. После двухлетней войны между Северным Китаем и Югом, закончившейся ничем около пятьдесят лет назад, Германия все же объединилась с Россией после новгородского заседания. Словно отвечала за те действия, которые она принесла Советскому Союзу в сороковые года прошлого столетия, выступала как ведущий парламентер в общественных отношениях. Для Доминика это был прекрасный случай приобрести навыки языковедения.
После шестилетнего обучения в институте он владел пятнадцатью языками.
Вскоре планируя попасть в школу космонавтики, он мечтал оказаться в Хорватии, побывать в Чехии и на родине предков, во Франции, после спада там эпидемии. Карантин по всей стране с конца 2039 года, на землях некогда франкского государства, не разрешал въезда на территорию Парижа, который держался так около двух лет, но после пяти лет его открытия эпидемстанция Марселя вновь объявила во Франции закрытый режим. Создавалось мнение, по охватившим Париж свят учителям и фальшивым предсказателям, что Франция вновь должна отвечать за какие-то грехи, как когда-то, семь столетий назад.
Вскоре окончив заочно лингвистическую кафедру при школе навигаторов, открытую в 2057 году, после того, как планировалось заселять первую колонию на Луне, с этим кандидатов на полеты увеличилось, однако для такого столь грандиозного марш-броска времени предоставлялось еще много.
Луалазье два раза выпадал из-за пересдачи. Все же компаниям требовались переводчики, в этом ряду и оказался итальянец из-за своего пристрастия к языкам.
[7] Объединенные земли – часть европейского материка, континентов северной и южной Америки, Востока, где суша практически была полностью поглощена водой при аномальных явлениях после 2053 года. Часть оставшихся государств с этнокультурным многообразием, как и Россия, по сути, более не существовало. Акклиматизировавшись, человечество претерпело природный дисбаланс, со временем организовав новые колонии, и уже к 2073 году в районе уральского побережья благодаря сохранению своих научных знаний было основано нечто вроде культурных образований. Люди с быстротой восстанавливали свои цивилизованные навыки, вклад из которых с наибольшими познаниями в сфере технологий сохранились в России и некогда Китайской республике.