Голоса рогов Имирина и Лилии, единственных, кто их сохранил, протягивались незримыми лентами меж стволов, поднимались ввысь, вырвались на обагренный кровью луг. Время вдруг будто остановилось – и эльфы увидели друг друга. И Лилия их всех тоже увидела. Дальше, в километре от них, среди деревьев был Тиритс вместе с остатками своего отряда – около двадцати. Рогон, собравший вокруг себя многих, тоже оказался совсем недалеко, но по другую сторону холма. Лилия оглянулась назад и увидела, что Охтар и его воины уже галопом мчатся к ним. По двое на лошади. Тут и там Лилия видела эльфов поодиночке в лесу; кто-то был ранен, кого-то унесли лошади.
Лилия заметила Марли – он разворачивал Мэри и пустил в галоп, что-то прокричав, но она не услышала.
К западу деревья будто расступились и показался луг. Эльфы – около восьмидесяти – рассеяны по нему. Лилия увидела, как Индил обернулся, и, кажется, встретился с ней взглядом, хотя их разделяло больше двух километров лесного массива. Индил едва заметно кивнул и, отдав приказ следовать за ним, устремился к деревьям. Все они были пешими и рвались прочь от страшных рук и лап.
Всё предстало их глазам в несколько секунд, и, как только Лилия отняла рог от губ, исчезло. Но эльфы нашли друг друга, и знали, где им предстоит объединиться и сражаться.
Все мчались на голос рога. А за ними – стаи калиантов.
6
Ржание Алассеи перестало быть отчаянным. Лошади вокруг тоже выправились, эльфы смогли вновь оседлать сбросивших их животных.
Рог снова был завязан ремнями, но Лилии казалось, что его голос периодически раздается из ниоткуда; как будто однажды вырвавшись, он носился между деревьев, невидимый, но сильный, и напоминал эльфам путь. Собирал их вместе.
До того момента, как к ним доберутся Тиритс, Рогон, Охтар и Индил, пройдёт какое-то время. С ними придут новые враги, так что эльфы по-прежнему в страшной опасности.
Однако думать об этом было некогда.
Вокруг слышны крики и скрежет оружия. Очарование рога спало, и враги ринулись друг на друга.
Лилия и Эльдалин оказались между трёх калиантов. Трюк эльфа оправдал себя – он смог успешно отражать атаки сзади и отсёк одной твари руку. Лилия справлялась более чем хорошо, хоть и одним своим мечом. Тренировки не прошли даром, так что через несколько секунд Алассея перескочила через недвижные чёрные лапы.
–Молодец! – крикнул Эльдалин, выдёргивая меч из шеи калианта.
–Сама не ожидала! – ответила Лилия.
Пауков становилось всё больше.
К отряду Имирина, отчаянно сражающемуся за жизнь, пробивались Рогон и Охтар. Положение у них было незавидное – впереди, пусть и застигнутая ими врасплох, но многочисленная стая калиантов, а сзади их родичи, которых эльфы ведут за собой. Оба командира подоспели почти вместе, но с разных сторон, и одновременно же предприняли отчаянный бросок. Отряды буквально влетели в полчища калиантов и добились, чего хотели и могли.
Окружение разрядилось, но не отступило; эльфы объединились.
Оказавшиеся в лесу поодиночке или небольшими группами натыкались на калиантов-преследователей и, догоняя их, рубили мечами.
У некоторых получалось пробиться, и они присоединялись к королю. Остальных ждала жестокая гибель.
Индила не было видно.
7
Лилия обернулась на новый приближающийся шум и увидела несущегося на них калианта. Она подняла меч, но тварь вдруг дёрнулась и упала, жутким клубком шерстяных лап и рук рухнув к ногам лошади, чуть не сбив её.
–Получай, мерзкая тварь!
Из-за деревьев, стреляя по калиантам из лука, показался Марли. Он уложил ещё двоих, и тут сзади возникло здоровенное чудище.
–Марли, берегись!!! – завопила Лилия и тут же потеряла друга из вида. Отвлекшись, девушка не сразу заметила паука, и чудом защитилась от страшного орудия, вскинув навстречу свой меч. В ушах вдруг взорвался неприятный хруст, звон обронённого клинка; рука ослабла и упала, отозвавшись острой болью.
Следующий удар разрубил бы девушку от плеча до живота, если бы Алассея не отскочила в сторону. Лилия почувствовала рывок и услышала громкий визг животного.
Секира калианта вспорола лошади бок.
Эльдалин стащил Лилию за собой со спины кричавшего животного. Девушка упала на правую руку, и от боли у неё потемнело в глазах. Алассея повалилась на землю, из раны хлестала кровь. Разъяренный калиант одним ударом отсёк лошади голову.
Лилия не успела подняться на ноги, и в голове у неё промелькнул силуэт сидящего на земле Ириса…
Эльдалин сражался с чудовищем, что убил лошадь и сейчас пытался проделать то же и с ними. На щеке у эльфа появился глубокий порез; он не успевал увидеть того, что нападает сзади.