– Что за черт? – испугался Спицын.
Отражение хотело ударить. Парень ловко увернулся. С жутким грохотом на голову посыпались осколки. Зеркало разбилось вдребезги, словно по нему действительно зарядили кулаком. Где-то вдалеке раздался противный смех, отбиваясь эхом. Волны ужаса накатывали на Спицына одна за другой.
Матрос заметил, что кричал, только когда в легких закончился воздух. Озираясь по сторонам, Йося никого не обнаружил. Кусочки стекла в волосах посыпались на пол. Спицын сидел под стенкой в одиночестве стучал зубами, будто его знобило.
Встал. На ватных ногах дошел до двери и рванул что есть мочи в каюту.
Вот, что значит – настоящий животный страх. Только враг был неосязаем.
* * *
– Ничего, что мы вот так ушли с работы? – спросил Костя.
– Ушли и ушли, – отмахнулся боцман. – Йося тоже не особо выкладывается.
– Это многое объясняет, – заметил кадет, демонстративно оглядываясь.
– Вроде, снова цвет на лице появился, – Федя с трудом отпер дверь в боцманский ящик. – Проходите, мистер. У меня тут все припасы. Чай, кофе, капуччино?
– Чай, – ответил рыжий. – И расскажи про отца. Я всегда слышал только легенды, которые не имеют ничего общего с реальностью. Хочу закрыть для себя эту тему.
– Ты уверен, что готов?
– Да, – Костя уверенно посмотрел Феде в глаза.
– Это случилось прямо там, где ты потерял сознание, – начал моряк. – Был ужасный шторм, и мы с твоим отцом пошли дополнительно крепить якоря, а то потеряли бы их по пути. Волной смыло бы, да и все. Потом оправдываться, извиняться. А так – правое дело сделали.
– Не отвлекайся, – попросил кадет. Боцман мялся и оттягивал время. Нужно было его поторопить.
– Да, прости. В общем, пошли мы на бак. Судно качало, как ненормальное, волны заливались прямо на палубу, ветер хлестал в лицо. Когда огромный столб воды поднялся над нами, я окликнул Костю, а сам побежал вниз…
– Ты не пытался его спасти? – спросил рыжий, пристально рассматривая собеседника. Федя потупился. Возможно, это он виноват в трагедии. Спасовал в самый ответственный момент, как жалкий трус.
– Говорю же – я его окликнул. Если бы я побежал за ним, мы бы оба погибли.
– Ты же стоял в двух шагах, – испытующе произнес кадет.
– Кто сказал?
– Я просто знаю, – ответил рыжий.
– Нет, – буркнул Федя. – Ничего ты не знаешь, малыш.
– Допустим, – произнес Костя. – Но как вышло, что вы пошли туда? Не думаю, что мой папа сильно хотел этого.
– Тут ты прав, – приободрился моряк. – Нас отправил капитан. Как сейчас помню – Чайковский Василий Андреевич. Грозился уничтожить репутацию, если не пойдем. Вот и пришлось.
– Что случилось после удара волны?
– Открытый перелом, – сказал боцман. – Бедренная кость распорола ногу, задела артерию. Я дотащил Костю до госпиталя, но помочь мы ничем не могли. Он просто истек кровью у меня на глазах…
Рыжему удалось сохранить спокойствие. Но вопрос он все-таки задал:
– Капитана того списали?
– Нет, что ты, – протянул Федя. – Работает до сих пор. На новеньких судах, как ни в чем не бывало.
– Урод, – шепнул Костя. – Если встречу его…