— Она моя истинная.
— Что, простите? — ведьма глупо хлопнула ресницами.
— Она моя истинная, — по слогам повторил я.
И тут же пригнулся к столу, уворачиваясь от чашки, которая со свистом пронеслась в паре сантиметров над моей головой и со звоном разбилась о фасад кухонного гарнитура.
Флегматично наблюдал, как по дверцам стекают капельки чая с мелкими осколками фарфора. Дорогого, эльфийского. Не жалко по такому глупому поводу портить имущество?
М-да… Чего в меня только не летало за столько лет общения с дамами. Чашка с кипятком — такие мелочи, право слово, бывало и хуже.
Повернулся к ведьме, намереваясь продолжить разговор.
— Полегчало? — участливо поинтересовался я, простеньким бытовым заклинанием убирая кучу осколков и лужицу чая.
— Немного. Прошу прощения.
Кажется, кто-то уже очень сильно пожалел о том, что обещал ничего не рассказывать подруге о нашем разговоре.
— Истинность — это же красивые сказки, — сказала Маргарита, доставая себе новую чашку и наливая ещё чая.
Настороженно посмотрел на потенциальный снаряд. Я, конечно, сильный маг, но эту конкретную женщину опасался, потому как не знал, чего от неё ожидать.
— Ну… в том виде, в котором о ней пишут во всяких романах — да. Реальность несколько другая. По крайней мере для демонов.
Пришлось рассказывать, как на самом деле обстоят дела. Про эмоциональную привязку, потребность постоянно быть рядом, оберегать, защищать… про противоречивые эмоции, которые раздирали поначалу.
— А потом? — ведьма забавно хмурила бровки. — Сначала бесила, что потом?
— Потом она мне понравилась. Яркая, милая, со своими тайнами. Ну и с самого начала была эта дикая потребность находиться рядом и оберегать от опасностей. Переживал за неё и, если быть честным, злился на себя, что не могу эмоции контролировать. Вообще, истинность — это не про любовь до гроба, это скорее про теоретическую возможность таких чувств. Ну, грубо говоря, мироздание пинает в сторону того человека, с которым будет максимально комфортно. Быт, магия, отношения, дети… Все сферы совместной жизни. А уж принять это или бороться, каждый решает сам для себя.
Ведьма смотрела на меня с хитрым прищуром.
— И Вы решили принять?
Челюсти аж свело от нежелания говорить правду, но…
— Нет, пытался подавить, — выдавил из себя я. — Но потом, говорю же, Анфиса мне понравилась, так что… Бегал с выпученными глазами, когда она снова в своём видении про меня увидела Мёртвую тропу, думал, как помочь.
— Вы полагаете, что в видениях про Вас она видела себя? — Маргарита нахмурилась ещё больше.
— Да, для Видящих это нормально. Они могут в видении про кого-то, с кем незримо связаны, видеть и себя, при условии, что как-то влияют на ситуацию, о которой говорят, я специально узнавал, — подтвердил я. — Хотя это и не требовалось. Она моя истинная, других женщин у меня не будет.
Ведьма сидела, сцепив пальцы в замок.
— М-да… ситуация. И что делать? — задала она риторический вопрос.
— Хотя бы не мешать.
— Кто я такая, чтобы лезть в Ваши с Фисой отношения? Хочется, конечно, чтобы она была счастлива, но если Вам верить, то истинность как раз даёт такую возможность, так что мешать и вредить я точно не буду. Разумеется, если Вы сами не будете ей вредить, — добавила она. — Как клан отнесётся к Видящей?
Теперь уже я нервно барабанил пальцами по столу.
— Я не собирался им говорить, пока взгляды большинства ведущих демонов не поменяются. Пока у власти старые маразматики, рисковать точно не буду.
Маргарита задумчиво жевала кексик.
— Вы знаете, — осторожно начала она, тщательно подбирая слова, — из-за Фисы у младшего Горенко был неприятный эпизод с одним из кланов демонов несколько лет назад. Рассказать не могу, с меня Олег взял клятву молчания, но… В общем, спросите у мастера, он знает. Не уверена, что расскажет, всё-таки редкой вредности колдун, но попробовать можете. Олег просто очень резко настроен против Вашей расы, поэтому, если всё на самом деле так серьёзно, как Вы говорите, то лучше бы сначала с Анфисой всё решить и только потом с её родителями.