Маргарита предвкушающе улыбнулась, обнажив кончики острых клыков.
— Тогда завтра всё и обсудим. Мой адрес, полагаю, Вы уже знаете.
Кивнул и собирался кое-что уточнить по поводу заказа, но от воробушка пришёл сигнал, что Анфиса проснулась.
— Она очнулась, — коротко сказал я, поднимаясь из-за стола.
Сложно описать все те чувства, которые я испытывал, когда увидел, как моя ведьмочка сонно щурит глазки, подозрительно осматриваясь вокруг и глотая восстанавливающее зелье.
Хотелось… обнять, вдохнуть запах волос и никуда не отпускать.
Но сейчас я стоял в стороне, тоже потягивая восстановитель и наблюдая за тем, как рыжая ведьма уже с полчаса обнимает свою подругу. Кажется, Маргарита даже всплакнула.
Насколько она была непосредственной, настолько же и противоречивой. Хамоватая, грубоватая, но при этом заботливая и внимательная, с доброй душой, но способная на жестокие поступки. Мне заранее жалко того несчастного, который решится связать с ней свою жизнь. И заранее жалко себя, потому что в паре Фиса-Рита у руля стоит явно последняя. И не известно, во что это для меня выльется.
Может, рыжая встанет на мою сторону и будет оказывать своеобразную помощь, как это делает Гордей — было бы неплохо. Два соратника в таком щекотливом вопросе мне не помешают. Может, Маргарита займёт позицию невмешательства и будет просто наблюдать. Что ж, тоже неплохо. На результат не повлияет ни в лучшую, ни в худшую для меня сторону. А может, решит, что её подруга слишком хороша для меня, и будет всячески вредить. Нельзя исключать и такой вариант.
Но об этом я подумаю потом.
— Девушки, позвольте вас прервать на несколько минут, — вклинился я. — Мне нужно осмотреть леди Горенко.
Маргарита недовольно зыркнула на меня и, разомкнув объятия, поспешила на кухню.
Мы с Анфисой остались вдвоём.
— Как ты? — спросил я, проверяя, до конца ли дух сросся с телом.
Водил ладонями в нескольких сантиметрах над кожей, посылая сканирующее заклинание. Но видят боги, чего мне стоило сдерживать своё желание наплевать на все нормы приличия и касаться этой шелковистой кожи.
— Паршиво, — отозвалась ведьма. — Давно так плохо не было. Чувствую себя выжатым лимоном. Зато ты бодр и весел.
Какая… язва она всё-таки. Видит же прекрасно, что до нормального состояния мне немногим меньше, чем ей.
— Ну относительно, — хмыкнул я. — Душа встала на место так, как надо, теперь всё хорошо. Если хочешь, я могу поставить печать Сальтааха, она защищает от всех некромантских ловушек, в том числе и от тропы.
— И что ты за это хочешь?
— Ты не хочешь знать ответ на этот вопрос, — улыбнулся я, проведя тыльной стороной ладони по щеке, отчего ведьмочка снова начала краснеть.
Специально дразнил её. Я уже говорил, что мне нравится выводить её на эмоции?
— Хочу! — упрямо возразила она, сверкая глазами и отползая подальше.
Ну-ну. От меня не уползёшь.
Первым делом хотел сказать «Свидание», но передумал. Она точно не согласится и пойдёт искать другого мага, чтобы он поставил ей эту сложную защиту. Хотя… скорее всего, оставит всё так, как оно сейчас. Всё-таки сильно нашу братию боится. Разве что попросит того некроманта, который в первый раз её вывел с тропы, о помощи.
В общем, при любом раскладе меня это не устраивало.
— Желание, — после долгой паузы выдал я. — Ничего противозаконного, ничего, что было бы предательством по отношению к твоим близким.
— И никакого интима.
Фыркнул. Громко.
— Я похож на идиота, который будет принуждать понравившуюся женщину к отношениям? — спросил, наблюдая за реакцией на вопрос.
Ведьмочка от удивления приоткрыла рот, но быстро собралась с мыслями.