— После обоих, да? Ты же это хотела сказать?
Нет, ну в кого она такая проницательная?
На меня на самом деле демоны два раза покушались.
Первый раз был, когда мне было совсем немного лет. Я и не помню его по-хорошему, так, урывками. Защитный механизм психики. Меня тогда хотели украсть, чтобы вырастить преданного какому-то клану человека, заставить работать на них, но я подняла такой визг, что перебудила слуг. И родителей. Папа тогда прибежал в наспех запахнутом халате. Картина ему открылась… интересная. Маленькая девочка успешно отбивается от пятерых здоровых мужиков, забрасывая их игрушками и неосознанными проклятиями. Последними — весьма успешно, между прочим. Двоих после той ночи так и не откачали именно из-за меня. А остальных — из-за папиной реакции. Он просто прибил их спонтанным выплеском силы.
Второй раз случился, когда мне было лет двенадцать. Но тогда меня хотели убить. Даже притащили пламя на крови, но… меня тогда закрыла собой одна из горничных. Сгорела заживо за несколько секунд, осыпавшись пеплом к моим ногам. А я была настолько потрясена случившимся, что потом ещё пару недель не могла вымолвить ни слова. Но в тот момент приложила ту тройку демонов заклятием стазиса, на нервах не рассчитав силы. Тот, что был покрепче, остался жив, а два других… честное слово, я не знаю, как вместо стазиса они натурально стали статуями самим себе! Я обратила их в камень, и сама не поняла, как это произошло. Никто не понял. И повторить больше никто не смог, насколько я знаю. А пытались, это точно известно.
Хотя… на адреналине чего только веды не творят… Рита вон из пламени на крови выбралась живой и только обгоревшей, с относительно целыми руками-ногами и всеми прочими частями тела. Верховная, говорят, разнесла половину императорского дворца короткой вспышкой гнева, когда её подругу похитили прямо из-под носа императора…
В общем, много что можем, если очень сильно на нервах.
— А чего ты отцу не сказала, что демон твой принёс тебе клятву о непричинении вреда? — Тьма вырвала меня из воспоминаний.
— Он кричал и не хотел ничего слушать. Потом, когда успокоился и пришёл извиняться, сказала. Но папа не сильно был воодушевлён этим, — пожаловалась я.
— Ну да, демоны же все поголовно корыстные и трепетно вынашивают в отношении всех Видящих планы по порабощению, — фыркнула фамильяр. — Ладно. А с работой что?
— Ну… в лаборатории всех оставшихся отправили в отпуск до конца осени, потому что их осталось трое. Я на больничном сегодня последний день сижу. А так я занималась тем заказом Вальте… — не договорила, согнувшись пополам и сдавленно охнув.
Я снова провалилась в видение. На полуслове со мной такого ещё не случалось…
Гордый горец — причина всех бед. Но кого же призвать на ответ? Он последний в роду, Применённый с дуру́, Мог во благо служить, Жизни сотен целить, Но во зло обращён, Будет он обречён. Две общины столкнутся, Пеплом вдруг обернутся. Жизни кончились у многих, Не вернутся те назад, Чьи дороги прикоснулись К Алони́су ради благ.
Когда я смогла разлепить глаза, первое, что я увидела, было обеспокоенное дядино лицо.
— Ты как? — он протянул мне стакан воды.
Я тут же выпила его залпом.
— Спасибо, хреново, — просипела я. — Есть что-нибудь поесть?
— Сейчас найдём.
Оказалось, что Тёма, запаниковав, бросилась к моему родственнику и притащила его ко мне, мотивируя это тем, что за мной в таком состоянии глаз да глаз нужен.
Не знаю, зачем. Меня только накормить надо после видений, так что пять минут спустя я уже во всю уминала оставшееся с вечера запечённое со специями мясо в прикуску с хлебом, запивая это всё литром молока.
— Что видела? — спросил дядя, когда я немого утолила голод и начала шариться по кухне в поисках чего-нибудь вкусненького.
— Что два ордена фанатиков устроят стычку. Веды против магов, — ответила я полуправду. — Живых не осталось.
Такой ответ Гордея вполне устроил и задавать уточняющих вопросов он не стал. Дар у меня последние полтора месяца немного шалит, так что увидеть я могла многое без привязки к какому-то конкретному человеку.
А ближе к вечеру я раскрутила Гордея на рассказ о цветах Алони́са.
— Ну… что ты хочешь узнать? — недоумённо спросил он. — Их же все уничтожили.
— Ну расскажи, — заканючила я, почёсывая Тьму за ушком.
Я сама об этих цветах знала не очень много. А про Горный Алонис так вообще упоминаний практически не осталось. А мне было очень нужно.
В своём видении я видела цветок именно этого семейства, но в силу отсутствия знаний не могла сказать, какое именно это было растение.
Возможно, я неправильно истолковала видение, но гордый горец в сочетании с названием Алонис очень удачно складывались в Горный Алонис. Поэтому надо как-то найти картинку этого цветка и сверить. А для начала узнать про все Алонисы хотя бы в общих чертах.
— Ну слушай, — начал дядя, поудобнее устраиваясь на диване. — Сохранились сведения о Лесном, Горном и Болотном Алонисе. Лесной использовался в зельеварении. Знаешь сказки про живую воду? Это изначально зелье на основе именно Лесного Алониса. Говорят, им можно было лечить даже смертельные раны.