— Энергию ведьме, — скомандовал Рудольф.
И мы с наставником тут же поспешили поделиться ей с Фисой.
Сознание Вальтера явно периодически уплывало, чтобы через несколько минут вернуться. Он даже в забытье уйти от боли не мог.
Но через час всё закончилось.
Мастер Гордей тут же оказался рядом с племянницей, заставляя выпить заранее подготовленную Демонову порчу. Я поделилась энергией с пошатнувшимся Рудольфом. Кто-то же должен был и ему помочь.
Вальтер с трудом открыл мутные от боли глаза.
— Как ты? — сипло спросил он у своей ведьмы.
— Е… же… и-ка, — прохрипела подруга.
— Что? — не понял Рудольф.
Фисе тут же подали графин с водой, который она выпила до дна.
— Ежевика, говорю, — срывающимся голосом ответила она. — Ягода — ежевика, я — ележивика.
— Нормально с ней всё, раз уже язвит. Явно лучше, чем несколько минут назад, — проворчала я, усаживая старшего Шульца на ближайший стул.
Глава 24. Не хочу лечиться
Анфиса Горенко
Радость от того, что меня успели спасти быстро сменилась менее приятными ощущениями.
Потому что все те зелья и яды, которые по воле случая оказались внутри меня, в конечном итоге вступили в конфликт и вызвали соответствующую реакцию организма.
Что ж так плохо-то, а?
Вальтер любезно отнёс меня на ручках в ванную комнату сразу же, как заметил мою стремительно зеленеющую физиономию. Практически сразу же кто-то принёс мне туда ещё питьевой воды, полотенце и стопку бумажных платков. На всякий случай.
Выворачивало наизнанку меня долго и со вкусом. А синяя противная жижа с радужными разводами как будто и не заканчивалась, всё выходила из меня и выходила.
Команда моих спасителей по очереди дежурила рядом со мной. Рита с Гордеем постоянно подтаскивали новые зелья, хотя я и не понимала, зачем переводить продукт. Всё равно через несколько минут они выйдут из меня не совсем естественным путём.
Но раз более осведомлённые в вопросах зельеварения товарищи говорят, что надо выпивать всё то, что они мне приносят, значит, стоит прислушаться. Наверное.
Я знала, что после отравления синей смертью нужно применять комплекс антидотов и зелий, подавляющих светлую компоненту этого яда. Потом, когда человек восстанавливается до определённого состояния, применяют Демонову порчу. Но дальше-то всегда используют только восстанавливающие зелья, разве нет?
Попробовала узнать ответ на сей животрепещущий вопрос, но дядя только нашипел на меня и чуть ли не насильно напоил ещё одним составом, сдал Вальтеру и ушёл помогать Рите намешивать новую пакость, которая должна помочь им поставить меня на ноги как можно быстрее.
Демон был подозрительно бледный и, кажется, болезненно морщился. Но только я хотела рассмотреть получше его ауру, как меня в очередной раз скрутило новой волной тошноты.
Мало приятного.
Ситуация осложнялась ещё и тем, что происходило это на глазах у мужчины, который мне нравился. И которому нравилась я, если верить его словам.
Но Вальтер никак не проявлял брезгливости или подобной эмоции по отношению к происходящему, только бросал на меня сочувствующие взгляды, подавал воды и аккуратно, будто боясь причинить боль, придерживал за плечи, чтобы я ненароком от истощения не свалилась.
Чувствовала сейчас себя выжатым лимоном, по которому ещё и из чувства особого садизма потопталось стадо слонов. Энергетические потоки нарушены, сил нет…
Тёма не выдержала такой накал, отключилась — я явно чувствовала, что она без сознания.
И хорошо, что ей не надо это всё проживать вместе со мной. В каком-то смысле я даже немного завидовала своему фамильяру: она очнётся потом, когда энергетическая связь между нами перестанет шалить. А это случится только тогда, когда моя собственная энергия снова станет нормальной.