Руки колдуна мелко, едва заметно тряслись. Со стороны, возможно, никто бы и не понял, но я за все годы, проведённые под его крылышком, узнала наставника очень хорошо. И трясущиеся руки на моей памяти были у него только единожды: когда Фису утащили на Мёртвую тропу. Я никому не рассказывала, что зелье успокоительное варила тогда в первую очередь для него — настолько ему было плохо от мысли, что не уберёг любимую племянницу.
Мотнула головой, отгоняя ненужные сейчас воспоминания, и принялась за дело ещё активнее.
Вдвоём у нас невесёлое занятие пошло быстрее: в четыре руки с двумя пострадавшими было явно проще, да и ценной энергии Анфиса могла получить больше.
Мы вливали в Анфису и Тёму зелья, делились энергией, просили Рудольфа достать из сумки что-то новое — и так по кругу.
В конце концов, прошло несколько часов, состояние Фисы выровнялось, ушла болезненная бледность, дыхание стало более глубоким и равномерным… Вот только выровнялось — не значит улучшилось. Явной опасности для её жизни уже не было, но у синей смерти есть одна маленькая и немного жуткая особенность: при устранении последствий гарантии, что всё закончится хорошо, никто не даст, пока жертва не придёт в себя.
А Фиса не приходила.
Я в отчаянии посмотрела на мастера, поймав в ответ такой же взгляд.
— Для Демоновой порчи слишком рано, — прошептал он. — Фиса всё ещё слишком слаба, убьём.
— Что нам делать? — так же тихо спросила я.
Демонова порча — яд, созданный в своё время в отместку Ангельскому очищению. И, как позже выяснилось при проведении экспериментов, он помогал при отравлении синей смертью. Восстанавливал очень быстро, буквально за пару дней ставил на ноги. Но вводить его было можно только при определённом состоянии пострадавшего. Если воспользоваться слишком рано — можно убить, слишком поздно — эффект будет минимален. Если он вообще будет.
Как я уже говорила, останешься ты в живых или нет — вопрос открытый до тех пор, пока не очнёшься хотя бы на пару минут.
Нам нужно было срочно каким-то образом улучшить состояние Фисы. Зелья исчерпали себя, всё, что было можно дать на данный момент, уже было использовано, остались лишь зелья типа Демоновой порчи, такие сейчас применять было слишком опасно.
Вливание энергии тоже не помогало.
— Что с ней? — одновременно с хлопком портала раздался вопрос. Вальтер, судя по голосу, был выжат в ноль.
Видимо, руководил чисткой дома мастера от этой гадости.
Он подошёл к дивану, с тревогой смотря на Анфису, коснулся тонкой шеи пальцами, нащупывая пульс.
— Ничего хорошего. Её как будто держит что-то, — мрачно ответил наставник. — Аура не восстанавливается по-нормальному. Да и тело тоже…
Я снова начала вглядываться пристальнее, стараясь разглядеть в энергетических потоках подруги хоть какую-то зацепку, которая сможет нам помочь.
— Странно… — пробормотала я, заметив ненормальное сплетение энергии.
Потоки как будто образовали воронку, куда утекало всё. Вообще всё. Не только отданная нами с мастером энергия, но и собственные жизненные силы Анфисы.
— Наставник, посмотрите, — потянула его за рукав и показала, к чему привлекаю его внимание.
Гордей нахмурился.
— Что за каррщина? Никогда такого не видела.
Видимо, не одна я.
— Не знаю, — мастер хмурился всё больше.
Надежда спасти Фису таяла так же быстро, как мороженое, оставленное на столе в жаркий летний день.
Как помогать, когда ты не знаешь, что вообще происходит?
— А что вы видите? — Рудольф напомнил о себе.
Я в двух словах объяснила демону ситуацию, лихорадочно соображая, что можно сделать. Но в голову, как назло, ничего путного не приходило, только паника периодически накрывала новой волной.
— Плохо. Валь, слушай, — он пристально смотрел на Вальтера. — Нужна твоя кровь.