Музей изящных искусств Бостон: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К сожалению, жизнь этой обворожительной женщины рано и трагически оборвалась после рождения второго сына. Через несколько лет слабохарактерный Моне оказался под каблуком второй жены и по ее настоянию уничтожил все, что напоминало Камиллу.

Можно сказать, что цветы были страстью Моне, он писал их на протяжении всей жизни. В 1883 художник поселился в Живерни, живописном местечке на берегу реки Эпт, где она сливается с Сеной, примерно в 80 км от Парижа. Там он прожил последнюю половину жизни. Мастер разбил у своего дома сад, пригласил садовода-японца для его обустройства в национальном стиле, а затем написал множество его видов. (Сохранились фотографии уже старого Моне в его саду.)

Автор изображал садовые и полевые цветы, реже — срезанные, в вазах. Особо полюбившиеся Моне писал много раз. Красные маки пленяли его, картин с ними так много (они хранятся в разных музеях мира и частных собраниях), что нужно было как-то особенно называть их, чтобы ясно отличать, о какой идет речь. Так, в атрибуции этой работы указано не просто поле маков (такие тоже есть у художника), но и его местонахождение в лощине (или овраге). Однако все равно не удалось избежать повторений.

Какое буйство красок, контрасты алого и синего цветов, переливы оттенков! Воистину нужно обладать феноменальной остротой зрения и тонким чувством колорита, чтобы создать такую гамму.

Замысел Моне восхищает: написать один и тот же вид — фасад знаменитого Кафедрального собора в Руане — при разном состоянии атмосферы и освещении в разное время года и суток (от раннего утра до позднего вечера). Художник создал тридцать видов собора, двадцать лучших, как он считал, картин, в 1895 были показаны на отдельной выставке в Париже. Писсарро и Сезанн, посетившие биеннале, с восторгом отозвались о ней. Да и как могло быть иначе!

Моне писал эту серию в глубокой тайне даже от своих друзей. В то время он постоянно жил в Живерни и оттуда ездил в Руан, возвращаясь со множеством эскизов. Так продолжалось в течение двух лет. Художник арендовал несколько помещений вокруг собора, договорился даже как-то писать его из витрины одного близлежащего магазинчика. (Забавное, должно быть, было зрелище для прохожих!) С тщательностью и педантизмом исследователя мастер работал над передачей света через цвет. Его интересовал любой миг, в сущности, меняющееся каждые полчаса освещение здания. В установленный отрезок времени он переходил к соответствующему полотну и писал его, как видел собор именно при этом свете.

Данная серия вызвала большой резонанс. Следует учесть, что это было время подъема интереса французов к великому детищу их культуры — готической архитектуре. Знаменитый ученый Эмиль Маль создал свои фундаментальные труды о французской готике, которая предстала теперь в величии, не понятом современным обществом. (Хотя к тому времени уже не одно поколение французов читало «Собор Парижской Богоматери» В. Гюго.) Цикл Моне — поразительный вклад художника в понимание ценности готики и высшая точка искусства импрессионизма.

Девичья фамилия супруги художника, Гортензии, — Фике. Как и других своих моделей, Сезанн писал ее много раз, известно около сорока портретов. Очень интересно сравнить эту картину с работой, хранящейся в Чикагском художественном институте (см. том 23, с. 72). Бостонский портрет иногда, чтобы точнее его идентифицировать, называют «Гортензия Фике в полосатой юбке».

Известно, что семейная жизнь живописца была сложна, с годами супруги все труднее понимали друг друга, Сезанн находил разные, как правило рабочие, предлоги, чтобы уйти из дома, побыть одному. Зная до определенной степени эти обстоятельства, можно проследить, как они отразились в многочисленных портретах жены.

Бостонский написан за десять лет до чикагского. В нем еще нет той глубокой печати неудовлетворенности совместной жизнью, какая отчетливо видна на последнем. Это различие очень наглядно, быть может, потому, что композиционно работы схожи. В обоих случаях Гортензия спокойно сидит, погруженная в свои мысли. Но в конце 1870-х они, кажется, еще не столь печальны, как в конце 1880-х. Здесь Гортензия еще молода, и общий более высокий эмоциональный тонус передан помимо собственно облика модели яркой цветовой гаммой. Обращает на себя внимание звучный «аккорд», образуемый сочетанием тонов платья на фоне красного цвета кресла. Гортензия запечатлена в более праздничном наряде, но в ее осанке ощущается некая пружина, и можно понять, что это женщина с характером. Иное на чикагском портрете — в нем царит настроение усталости и разочарования. Десять лет — большой жизненный срок…

Хотя Поль Сезанн принадлежит к поколению импрессионистов, огромное значение этого французского мастера для истории искусства связано с тем, что его в высшей степени оригинальная живопись содержит основы главных художественных течений XX века.

В начале 1870-х Сезанн жил в Овере — небольшом городке в пригороде Парижа и экспериментировал в работе непосредственно с натуры. Обращает на себя внимание живописная техника художника: картина написана небольшими мазками, положенными параллельно один другому (что особенно видно на зелени травы берега). В этом смысле данное произведение Сезанна — одно из ранних, демонстрирующих метод письма автора, который станет характерным для его будущего стиля и будет ключевым в сезанновской моделировке предметов в более поздних полотнах.

Другая особенность представленной картины (и искусства художника этого времени в целом) в том, что фигуры как бы прикреплены, если не сказать вырезаны и приставлены, к ландшафту. Что это — недостаток живописного мастерства или стиль? Существуют разные ответы на данный вопрос. В более поздних работах Сезанн достигает значительной интеграции модели (фигуры или предмета) и фона.

Сочувствие Ван Гога к бедным людям ясно проявляется в его произведениях. В 1884–1885 он написал, по крайней мере, десять картин маслом и несколько рисунков и акварелей на тему труда ткачей на фабрике по соседству с домом, где жил (в Нидерландах). В искусстве раннего Ван Гога ощутимо влияние Жан-Франсуа Милле: еще до создания названной серии он в 1889–1890 выполнил около двадцати копий с картин французского художника.

С художественной точки зрения его интересовали не только типажи представителей профессии, но и возможность выявить красочный контраст той серой и унылой обстановки, в которой ткачи работали, с яркой продукцией, производимой ими. Данный холст — замечательный пример наблюдательности и изобретательности живописца.

В период своего пребывания в Арле Ван Гог пережил приступ психического расстройства, в результате которого он, как известно, отрезал себе ухо. (Сообщение в местной газете об этом драматичном инциденте — первое упоминание имени Ван Гога в печати.) Выздоровление художника проходило при трогательной заботе о нем великодушного Жозефа Рулена, местного почтальона, и его жены Августины. Ван Гог познакомился с Жозефом в привокзальном кафе, и тот согласился ему позировать. Это была большая удача, поскольку он мечтал писать именно портреты. Человеческое лицо, признавался он, «по существу, единственный предмет в искусстве, который до глубины души волнует меня и больше всего другого дает мне ощущение бесконечности». В письме к брату Тео от 4 декабря 1888 художник поделился своими планами: «Сейчас я работаю над портретом почтальона, одетого в темно-синюю с желтым форменную тужурку. Лицом он чем-то напоминает Сократа: носа почти нет, высокий лоб, лысая макушка, маленькие серые глазки, ярко-розовые пухлые щеки, густая борода цвета соли с перцем и большие уши. Он пылкий республиканец и социалист, рассуждает очень трезво и много знает».

Ван Гог был искренне привязан к этому семейству и сделал в общей сложности более 20 их портретов: самого Жозефа девять, из которых шесть живописных и три графических; бостонский — самый значительный из них, а также всех членов его семьи: Августины (см. том «Чикагский художественный музей», с. 68), двух сыновей и дочери. Кстати, Жозефа можно разглядеть в толпе на эрмитажной картине Ван Гога «Арена в Арле».

Поль Гоген — французский живописец, скульптор, мастер керамики, гравер, крупнейший представитель постимпрессионизма.

Представленная работа — одна из наиболее знаменитых картин Гогена, его «визитная карточка». Сам автор считал ее своим лучшим творением и, будучи человеком с очень неустойчивой психикой, даже хотел покончить жизнь самоубийством после ее окончания. О полноте произведения он говорил, что оно превосходит все его предыдущие и он никогда не создаст что-то лучше или даже похожее.

Это не просто жанровая сцена, подсмотренная художником на экзотическом острове, а некое послание, о смысле которого можно только догадываться. Уже само название работы необычно: в нем три вопросительных знака! Казалось, должно быть наоборот: холст должен давать ответы на буквально библейские вопросы. Как ни вспомнить знаменитый возглас Петра: «Quo vadis?» (с латинского — «Куда идешь?») «Симон Петр сказал Ему: Господи! Куда Ты идешь? Иисус отвечал ему: куда Я иду, ты не можешь теперь за Мною идти, а после пойдешь за мною» (Ин., 13:36).

Некоторую подсказку зрителю для понимания смысла произведения оставил сам художник. Он указал, что его нужно читать справа налево — три основные группы фигур иллюстрируют вопросы, поставленные в названии. Три женщины с ребенком представляют начало жизни, средняя группа символизирует ежедневное существование зрелости, в заключительной группе, по замыслу автора, «старая женщина, приближающаяся к смерти, кажется примирившейся и предавшейся своим размышлениям», у ее ног «странная белая птица… представляет бесполезность слов». Голубой идол на заднем плане, по-видимому, олицетворяет то, что Гоген описал как «потусторонний мир».