-- Вы, наверное, Лену ищете? -- раздался голос за спиной.
Виктор обернулся, перед ним стояла молодая женщина.
-- Я хотел видеть Вадима.
-- Значит, вы ничего не знаете. Лена уехала на Остров, в госпиталь к Вадиму. Его отправили вертолётом. Говорят, что он был без сознания.
Попрощавшись с женщиной, Виктор отправился домой. Спешить ему было некуда. Сейчас он корил себя за то, что не вернулся из поездки на день раньше.
Он смог бы убедить Вадима, что заниматься подводной рыбалкой на больших глубинах без напарника очень опасно. Значит, он ездил в город специально за аквалангом, чтобы опуститься на дно провала. Что при этом произошло, только он может рассказать.
Виктор спустился с Холма на пляж, по которому невозможно было пройти, чтобы кого-то не задеть. Ещё не было и десяти утра, а солнце принялось за свою работу, и отдыхающие, только что прибывшие, радовались жаркому солнцу, надеясь быстро приобрести красивый бронзовый загар, не думая о том, что быстрота как раз и вредна и может привести к пузырям и ожогам. Но они, к сожалению, поймут это только вечером дома.
По обширному плёсу в разных направлениях проплывали лодки и байдарки, проносились катера с мощными моторами, а среди них плавно и важно двигались красивые белоснежные теплоходы с многочисленными туристами на палубах.
Виктор какое-то время стоял и смотрел на эту живописную картину, которая для него повторяется из года в год на протяжении уже тринадцати лет. На душе было тоскливо.
"Сегодня вечером обязательно совершу свой традиционный заплыв по периметру плёса. Из-за этой поездки случился недельный перерыв. Надо навёрстывать, накручивать водные километры и выполнить недельную норму за несколько дней. А завтра рано утром отправлюсь на рыбалку с удочкой на лещей. Подводную рыбалку придётся отложить до следующего года", -- размышляя и лавируя между плотно лежащими на песке отдыхающими, Виктор подошёл к своему домику.
ГЛАВА 7
Андрей и Таня встали рано и, искупавшись, сели завтракать.
-- Наш план на сегодня не изменился? -- спросила Таня.
-- Разумеется, он остаётся в силе. Мы находимся здесь уже третий день, а дальше ста метров от берега не удалялись.
-- А если медведя встретим?
-- Я надеюсь, что медведи в здешних лесах добрые, -- улыбнулся Андрей.
-- По пути обязательно заглянем к нашему соседу барсуку. Я не забыла, что ты обещал вчера. Так что выполняй.
-- Нет приманки. Придётся идти на рыбалку, -- с неохотой сказал Андрей, снимая уже надетый рюкзак.
Тишину на плёсе нарушали только всплески рыб.
"Играет рыба, должно повезти", -- подумал Андрей и сделал первый заброс.
Последовал рывок. Судя по сопротивлению, блесну схватила крупная рыбина. Андрей не торопился форсировать события. Поставив катушку на фрикцион, он позволил рыбе побороться и израсходовать свои силы. Через несколько минут он понял, что сопротивление её ослабло, и спокойно вытащил добычу на берег. Это был горбатый окунь огромного размера.
"Да, везёт мне, из новичков сразу в рекордсмены", -- думал Андрей, пытаясь вытащить блесну из пасти окуня. Жадный окунь слишком глубоко заглотнул блесну, да и неудивительно, уж очень большую пасть он имел. Андрей отказался от этой затеи, приподнялся с колен и стал более внимательно рассматривать свою добычу.
Спина у окуня была тёмно-зелёная, брюхо желтоватое, бока зеленовато-жёлтые, а поперёк, всё тело его покрывали тёмные полоски. Этот окунь был явный долгожитель. Чтобы достигнуть таких внушительных размеров, ему надо было прожить не менее двадцати лет, что в наше время бывает нелегко, уж слишком много появилось рыбаков, но везёт немногим. Окунь в молодости стайная рыба. Это уж потом, достигая зрелого возраста, он становится хищником -- одиночкой. Окунь не стоит в засаде, как щука, и не привязан к одному месту, а свободно гуляет по бескрайним водным просторам, нападая на стайки рыб, создавая среди них страшную панику. Андрей взял окуня за жабры двумя руками и приподнял.
"Да, не менее восьми -- десяти килограммов. Уж больно широк. Ну просто гигант! Но, по Сабанееву, таких экземпляров не бывает. Значит, я первооткрыватель", -- с гордостью отметил про себя Андрей и потащил окуня к палатке.
-- Ой какой монстр! -- воскликнула Таня. -- Надо обязательно сфотографировать.
-- Фотоаппарат на столе, щёлкни, -- сказал Андрей, приподнимая окуня с земли.
-- Подними ещё повыше. Вот так, хорошо, не шевелись. -- Таня нажала на кнопку, а через две секунды жабры выскользнули из рук Андрея.
Ударившись о землю, окунь пошевелил своими огромными плавниками, словно попрощался с рыбаком, благодаря которому он обязательно попадёт в рыбацкую историческую хронику и будет красоваться на рекламных плакатах. В противном случае его никто бы не увидел, так как через какое-то время он закончил бы своё существование и лежал бы на дне водоёма, поедаемый раками.
-- Жалко такое сокровище отдавать барсукам на растерзание. Может быть, завялим и привезём домой на всеобщее обозрение? -- вопросительно сказала Таня.
-- Значит, ради этого ты отказываешься от представления с участием барсучат?