Обзор военных событий. Речь в Палате общин 2 августа 1944 года: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Если бы генерал Эйзенхауэр как Верховный Главнокомандующий или генерал Монгомери как его заместитель при решении вопроса об использовании английских, американских или канадских войск тем или другим способом, там или здесь, руководились хоть в самой незначительной степени какими-либо другими соображениями кроме чисто военных, это жесточайшим образом препятствовало бы их действиям.

Но для того, чтобы наши враги не говорили в своих радиопередачах о том, что тяжесть борьбы была несправедливо разделена между нами, и не делали всякого рода оскорбляющих сопоставлений, да будет мне позволено сказать, что потери английских и канадских сил, вместе взятые, примерно равны большим потерям Соединенных Штатов Америки, если взять их в пропорции к участвующим силам.

Мы все делили пополам и хорошее и плохое по всему фронту.

Уже то, что нами выполнено, представляет собой великое дело не только в смысле освобождения французской земли от жестокого рабства, но и в смысле объединения узами истинной дружбы великих демократий Запада и говорящих по-английски народов мира.

Это все, что я хотел бы сказать по поводу происходящих операций ныне по ту сторону Ла Манша. Я советую членам Парламента с неослабным вниманием следить за полными и прекрасными отчетами, появляющимися в прессе. Очень часто они будут несколько предвосхищать официальные сообщения, но это не плохо, потому что мы обязаны соблюдать сугубую осторожность по отношению ко всем официальным высказываниям. В нашей печати даются теперь наиболее живые и правдивые описания сражений, происходящих так близко к нашей стране.

Несколько недель назад я обещал перед окончанием сессии сделать сообщение о британских танках. С разрешения Парламента я сделаю это краткое отступление от моей темы, ибо сейчас мне представляется к этому последняя возможность.

Я рассказывал уже Парламенту, как во времена падения Тобрука Президент дал нам первые 350 танков «Шерман», которыми уже снабжалась американская армия и о которых вы уже знали, что они сыграли решающую роль в битве под Эль-Аламейном.

Когда я возвратился в Америку год спустя, я нашел там широко налаженное производство этих танков, которые были когда-то столь дорогими редкими. Могущество американской промышленности двигалось вперед такими шагами, что Америка получила возможность предложить нам от 3 000 до 4 000 экземпляров этого неоценимого вида оружия. Это дало нам большое преимущество. Мы получили возможность провести дальнейшие перемещения в выполнении нашей танковой программы, сократить масштаб нашей промышленности и освободить таким путем рабочую силу и материальные ресурсы для производства насущно необходимых нам военных машин. Мы также получили возможность развивать со всей необходимой тщательностью производство танков типа «Кромвелль», «Черчилль» и других, не опасаясь больше нехватки танков.

В руках наших войск — танки «Шерман» на всех стадиях борьбы в Италии и Нормандии поддержали свою репутацию, завоеванную ими в Африке. Конечно, по существу это танк крейсерского типа, подобно «Кромвеллю», являющемуся новейшим образцом английского крейсерского танка. Оба эти типа танков, судя по сообщениям, являются превосходными и безусловно отвечающими целям, для которых они предназначены.

Как известно Парламенту, нам удалось вмонтировать в танк «Шерман» 17-фунтовую пушку. Это была необычайная удача! Многие сотни этих танков в настоящее время уже сражаются в Нормандии или движутся туда непрерывным потоком. Генерал Монгомери писал мне: «В сегодняшнем сражении мы побеждаем немцев в бою, проблема противодействия немецкому оружию нами решена».

В этом отношении британское оружие сыграло замечательную роль. Танки типа «Пантера» и «Тигр» ненадежны в отношении своих моторов и кроме того «Пантеры» очень уязвимы с флангов. Наш 17-фунтовый снаряд проходит прямо сквозь них. При правильных тактических приемах мы можем подавлять их без труда.

Говорят, потребитель всегда прав. Танки типа «Кромвелль», разумеется, обладают превосходной скоростью. Они будут особенно действенны, когда мы перейдем на оперативный просторы.

Что касается танков «Шерман», то я видел недавно своими глазами образцы работы нашей 17-фунтовой пушки. Это было на подступах к Кану. Там расстилается широкая, покрытая волнующимися колосьями равнина, вблизи которой сереют каменные дома деревни.

Генералы Монгомери и Демпсэй привели меня на это место и предложили мне подсчитать разбитые танки «Пантера», которые были разбросаны там. Я насчитал девять на пространстве в 1 000 ярдов.

Генералы сказали мне, что все эти девять пробиты 17-фунтовой пушкой танка «Шерман», находящегося у стен деревни и управляемого англичанами. Очень трудно было не поддаться большому впечатлению, которое производят на вас такие вещи, когда вы их видите своими глазами.

Разумеется, вы не можете поставить на 30-тонном танке то самое вооружение, которое можно поставить на 60-тонном, но надежность, быстрота и маневренность также имеют большое значение. И когда ко всем этим качествам прибавляется 17-фунтовая пушка, никто не может сказать, что эти легкие танки непригодны для выполнения своих задач. Таково мудрое и далеко заглядывающее вперед использование нашей воинской мощи.

Танки «Черчилль» уже заслужили себе похвалу. Этот танк появился впервые в 1942 году. Он предназначался для боев среди узких проходов, на закрытых пространствах наших островов, и несмотря на всякого рода нападки, несмотря на ряд дефектов, объясняющихся его поспешным проектированием и производством, он вновь занимает свое место в бою, как это уже было в Северном Тунисе в 1942 году. Условия во Франции и в тех частях Италии, где мы сейчас сражаемся, чрезвычайно соответствуют его способностям к маневрированию и крутым подъемам.

Ни один из существующих типов танков не может считаться совершенным. Танки «Тигр» и «Пантера» — это, по существу, оружие защиты, в то время как «Шерман» и «Кромвелль» — средства наступления. Танк «Черчилль» может быть оборонительным или наступательным в зависимости от обстоятельств.

Генерал Оливер Лиз сообщает нам следующее относительно боев, происходящих в Италии.

«Вам должно быть интересно, — говорит он, — узнать об отличных действиях танков «Черчилль», поддерживавших канадские части, когда они в прошлом месяце атаковали и взломали линию Адольфа Гитлера.

«Черчилли» устояли против жестокого огня тяжелых противотанковых орудий. Некоторые танки получили попадания тяжелых снарядов, причем их экипажи не пострадали. Они проходят по самому отвратительному грунту, их 6-фунтовая пушка имеет хорошую пробойную силу, быстро заряжается и наводится на цель».

В недавних боях во Франции это оружие вновь проявило те же свои особенности при штурмах лесистых холмов и в пересеченных местностях, в которых действует сейчас наш центральный фронт.

Есть еще одна общая черта, которая возникла в битве за Нормандию и к которой я хочу привлечь внимание Палаты. Враг не применил никаких новых типов танков, никакого нового вооружения. Он до сих пор не показал пока ничего нового в этом отношении, в то время как мы выдвинули танк «Шерман», вооруженный 17-фунтовой пушкой, новейший тип танка «Черчилль», новый танк «Кромвелль» и целый ряд крупнейших изобретений, о которых я еще не могу сообщить Парламенту, так как мы не знаем, имел ли враг возможность столкнуться с изобретениями и испытать их действие.

Когда он узнает о них, тогда можно будет об этом рассказать. Надо быть очень осторожным, разумеется, чтобы не раскрыть какого-либо секрета и тем самым не лишить каких-либо преимуществ наши войска или наших союзников.

Оставляя вопрос о вооружении, я хочу сделать нечто такое, чего ни разу не делал до сих пор, и я надеюсь, что Парламент не будет шокирован этим нарушением традиций. Я хочу публично воздать хвалу Военному министерству.

За все сорок лет, с тех пор как я работаю в Парламенте, я слышу постоянно, как ругают это учреждение до, во время и после всех наших различных войн, и, если память мне не изменяет, я часто принимал участие в этих вполне заслуженных критических выступлениях, которые приходились на долю этого учреждения.

Когда я виделся в прошлый раз с генералом Монгомери на полях сражений, он сказал мне слова, которые разрешил повторить, когда я найду это нужным. Он сказал: «Сомневаюсь, чтобы британское Военное министерство когда-либо посылало за море так хорошо оснащенную армию, как та, что сейчас сражается в Нормандии».

Я должен сказать, что считаю это утверждение вполне справедливым.

Пунктуально точная переброска и снабжение наших огромных армий на таких разнообразных театрах войны, высокое качество тренировки войск, плавность, с которой производятся всякого рода переустройства, должное внимание, уделяемое вооружению во всех его формах, активность госпиталей, широкое участие офицеров в изобретении средств для военных перебросок через море и вообще весь стиль управления делами миллионов людей, действующих на родине и за границей, — все это внушает величайшее доверие к Военному министерству со всеми его бесчисленными отделами и огромным штабом военных и штатских работников. Все они достойны доверия, и больше всех — начальник Имперского генерального штаба замечательный командир маршал Брук, а также наш Военный министр.

Не только в Военном министерстве, но и во всех обслуживающих его департаментах все методы выполнения военной политики стоят, как мне кажется, в данный момент на таком высоком уровне, какого они никогда ранее не достигали, на уровне, который может быть выгодно сравнен с подобными организациями любой дружественной нам или враждебной страны.