Глава
19
Я совершенно забыла о времени. А вернувшись в покои поздним вечером, вдруг чуть не подпрыгнула от ужаса – где накопители!? Неужели я зря рисковала собой, перепрыгивая через высокий и широкий подиум? В корзине с грязным бельем, разумеется, ничего не оказалось. Вызванная горничная недоуменно похлопала глазами. А потом радостно улыбнулась.
– А! Ваше величество изволит спрашивать о декоративных кисточках! Я положила в корзинку с рукоделием, она на столике у окна! Очень красивые кисточки, Ваше величество!
Ну да. В кои-то веки королева занялась приличным знатной особе занятием – рукоделием, есть повод порадоваться. У меня есть столик для рукоделия, и корзинка для рукоделия, с ума сойти! И что мне делать со всем этим? Я боюсь оставлять такую ценную вещь в комнатах. Сегодня мне повезло. А завтра кто-то может и поинтересоваться, с чего вдруг королева, никогда не проявляющая особого интереса к вязанию и вышивке, так бережет эти дурацкие кисточки? Если нельзя оставить, надо спрятать. Куда? Если с меня глаз не спускают? И правильно делают, между прочим. Остается один выход: носить с собой.
Я подумала еще немного и отправила служанку в свою прежнюю гардеробную. Через час я довольно улыбнулась, встряхивая вязаную ажурную шаль, к которой я аккуратно пришила новые украшения. Голубая тонкая шерсть и красные шелковые кисточки с шариками в золотой оплетке – это смелое сочетание цвета и фактур, но я же тут вроде законодательница мод? Пусть привыкают. Хочешь что-то важное спрятать – положи на самое видное место.
Остается еще одно неприятное дело, которое нельзя никому перепоручить. Ринальдо слишком много знает. Я не могу ждать, когда он поделится с хозяином важной информацией. Сегодня этого не случилось, мы с графом фактически весь день провели вместе, но много ли нужно времени, чтоб все доложить? Хватит пять минут. Может быть, он прямо сейчас у графа? Ринальдо знает о моем ребенке, о Гертруде и о Дереке. О Стефане и Венделине. К тому же он мерзкий предатель и его необходимо срочно заставить замолчать навсегда. Любым способом, доступным мне в данной ситуации.
Я пригорюнилась. Фитнес тут не поможет и навыки самообороны тоже. Мне, мало того, что надо незаметно подойти к сильному мужчине, опытному воину, так его еще надо убить собственными руками. Не просто ранить, а убить с первого удара, потому что второго шанса у меня не будет. Отравить я его не смогу – я не знаю, где он сейчас живет, что ест и пьет. Значит, холодное оружие. Тренер по фехтованию говорил, что воткнуть нож в левую надключичную ямку – это самый надежный способ. В сердце – не попаду, нужно же отсчитать точно межреберье, а я не помню даже, какое нужно, то ли пятое, то ли седьмое. В глаз… нет, я не смогу ударить человека ножом в глаз, это совершенно точно! Меня передернуло от отвращения.
Кстати, где Дерек? Мы вышли из павильона вместе, он стоял левее от меня, а Ринальдо справа и чуть впереди. Потом появился Стефан, мы поговорили, если этот град обвинений можно назвать разговором. Потом набежала стража, но я не видела, чтобы Дерека схватили. Да что я тогда вообще видела, оглушенная обвалившейся на меня тайной личности Вихря? Была, как в тумане.
Моим кровожадным планам не было суждено осуществиться. Единственным оружием, попавшим мне в руки, был серебряный столовый нож, тупой и широкий. Еще у меня был набор для рукоделия, маникюрные ножнички и пилочка. Не тот арсенал, с которым идут на предумышленное убийство. К тому же, я совершенно не встречала офицера дель Грава. Конечно, став начальником стражи, он не обязан был стоять возле моих дверей на карауле, но королеву мог бы и уважить! Как мне убить человека, если человека рядом нет?
Кстати, у меня снова появились фрейлины. Кучка запуганных девиц, которые вздрагивали при звуке шагов графа Штернблума. У меня было чувство, что время повернулось вспять. Как будто я не уезжала никуда, и занималась делами буквально вчера. Ежедневные пробежки в компании двух гвардейцев. Завтрак, разбор кучи бумаг, аудиенции, прогулка, обед, краткий отдых, присутствие на различных мероприятиях, посещение приютов, богаделен и больниц, тренировка. Да! Граф снисходительно разрешил мне тренироваться с оружием, но, к сожалению, умыкнуть ничего не удавалось. Я пробовала заточить шпильку, но пришла к выводу, что или все книжные истории про смертоносное женское оружие – выдумка, или шпильки у меня какие-то не те – они были из мягкого металла, и в кожу входить категорически отказывались. Даже тонкий сапожок, на котором я тренировалась, не протыкали.
Весь мой график работы перемежался постоянными переодеваниями. Платье к завтраку, к приему, к обеду, на выезд в карете, верхом, для официальных визитов. Не считая бальных, спальных и прогулочных нарядов. С ума сойти! Я стоически терпела – то же самое делала княжна Роквальд, мой учитель в царстве этикета и изысканных манер. Одна деталь туалета оставалась неизменной – голубая шаль с шариками и кисточками. Мне было совершенно безразличен цвет и фасон моих платьев, недовольство модисток и недоумение придворных. Пусть считают, что королева у них с придурью. Или что шаль мне подарил незабываемый любовник.
Однако так никто не считал – наоборот, столичные модницы и даже модники стали щедро украшать кистями свои накидки, палантины, камзолы и зонтики от солнца. С легкой руки известной портнихи в моду вошел короткий голубой жилет с кисточками, который стали называть «вероничка». Дамы накидывали его поверх платья, а мужчины дополняли шейным платком, разумеется, голубым.
– Ваше величество, – ласково улыбнулся мне граф. – Помните, я обещал вам представить молодого человека, обладающего всеми мыслимыми достоинствами? Знатного, богатого, одаренного, красивого, щедрого?
– Умного, прекрасно образованного и воспитанного? – вспомнила я и тоже улыбнулась. – Там еще что-то еще было про благородство. Великодушие, веселый нрав, чувство такта, надеюсь, прилагаются?
– И мужская сила, – добавил граф и весело рассмеялся.
Я даже слегка смутилась – откуда бы графу знать такие подробности? Его сиятельство шутить изволит? Граф был сегодня необычайно благостен и доволен.
– После завтрака он записан на высочайшую аудиенцию. Я уволил придворного мага, он позорно пропустил попытку захвата дворца и оказался совершенно бесполезен в поиске скрывшихся мятежников. Как дель Грава мне сообщил, даже зачаровать мундиры стражи не мог по своей удручающей бездарности.
– То есть вы предлагаете вашего лэрда Совершенство на должность придворного мага? Хорошо, я поговорю с ним, – я продолжила завтрак, а мысли крутились вокруг «скрывшихся мятежников».
Значит ли это, что Стефан до сих пор на свободе? Его личность до сих пор не раскрыта? Получается, что Ринальдо дель Грава проявил скромность, докладывая обо мне и сильнейшем маге Элизии. Гвардеец схитрил, просто не пожелал вываливать всю информацию сразу. Либо просто не обратил внимания, мало ли Стефанов в Элизии! Наверное, как в Бразилии донов Педро. Подозреваю, что Стефан укрылся с Сабиной в своем баронском поместье Энгарто, больше ведь ему некуда идти. Минц и Хортон снова перешли под руку законной власти.
Раз королева на троне, значит, можно считать, что план мятежников удался, и я настояла, чтоб никаких репрессий в этих городах не проводилось. Всем объявили королевскую милость и безоговорочную амнистию. Граф почему-то не возражал. Попытка захвата дворца вообще прошла настолько тихо, что в столице очень недолго гулял слух о нападении каких-то фанатиков на королеву, но поскольку королева была жива и здорова, это сочли пустой сплетней. Следовало признать очевидный факт: о нашем наступлении было прекрасно известно, и нас действительно ждали. Во дворец прошла всего одна группа мятежников, которую вел Вихрь, остальные даже не вышли из домов, блокированные городской стражей.
В своем кабинете, отделанном светлым деревом, я побеседовала с настоятелем провинциального монастыря, приняла делегацию гильдии ткачей, обещала родовитой, но обедневшей лире делла Картелир пристроить ее дочурок в приличный пансион.
– Виконт Штернблум, – объявил секретарь. На мой удивленный взгляд продолжил, заглянув в список аудиенции. – Выпускник Цитадели, владеет двумя стихиями и ментальной магией, работал за рубежом, имеет отличные рекомендации. Претендует на должность придворного мага.
– Пригласите, – кивнула я.
В кабинет вошел красивый молодой мужчина со светлыми волосами, забранными в низкий хвост. Склонился в церемониальном поклоне и подошел к милостиво протянутой ручке. Встал на одно колено, поднял на меня счастливые глаза и расплылся в сияющей улыбке.
– Жером! – взвизгнула я, повисая у него на шее. Не удержалась, так обрадовалась. Жером слегка вздрогнул, но тут же крепко обнял меня и закружил по кабинету, наплевав на этикет. Мы несколько раз торопливо и жадно поцеловались, и Жером аккуратно опустил меня на пол, придерживая кончиками пальцев за талию.
– Какая ты красивая, величество! – вздохнул он, снова привлекая меня к себе. Я прижалась к его груди, слушая взволнованный стук его сердца.
– Жером! Как же я рада тебя видеть! А этот дурак секретарь сказал, что зайдет виконт Штернблум. Как ты здесь?
– Ваше величество? – Жером явно удивился. – Так я и есть виконт Штернблум. Жером Аделард Леонель делла Корн, виконт Штернблум. Не знала мою фамилию? А, точно, в Цитадели ведь адептов зовут только по именам.
Я открыла рот от изумления и всплеснула руками. Мой белокурый кареглазый красавчик, которого я лично приобщила к радостям секса – сын грозного графа!? Заговорщика, убийцы, извращенца и садиста?