Мистер Гейтс хмуро посмотрел на нее. — Не думаю, что вы осознаете масштабы этой работы. И какой точности она требует. Дом большой, и сделать полную опись не под силу одному человеку. Было бы намного лучше, если бы вы позволили мне разобраться с этим. Я быстро все организую, ведь мы должны иметь сведения о каждом предмете, вплоть до последнего клочка бумаги.
Кажется, он слегка преувеличивает, хотя Бэлль не была экспертом в законах о наследстве в Луизиане. Она вздохнула, искренне раздраженная. — Ладно. Пришлите пару человек, но я буду за ними присматривать. Благодарю вас, мистер Гейтс, а теперь прошу меня извинить, — и кивком головы указала на электрика — идущего по дорожке высокого парня с ящиком инструментов в руках. — Привет, Майк, — Бэлль открыла дверь шире, чтобы выходящий Гейтс и входящий электрик смогли разминуться. — Рада тебя видеть.
Майк подмигнул ей. Это был красивый голубоглазый дьявол лет тридцати с небольшим, широкоплечий и улыбчивый. Днем раньше он приходил подсчитать стоимость работы, и с того самого момента Тейт пытался убедить ее, что Майк, скорее всего, бабник, серийный маньяк или сбежавший пациент психиатрической клиники — все, что мог придумать, лишь бы убедить ее нанять кого-нибудь другого. Эрик грозился проверить его досье. Бэлль оставалось только вздыхать.
— Рад видеть вас, мисс Бэлль. Сегодня я планирую начать с ванной. Там куча старых розеток и проводов, которые нужно привести в соответствие нормам безопасности. Вам чертовски повезло, что этот дом все еще цел. Не удивляйтесь, если вам не продлят страховку, пока не будет заменена проводка. Это уже не первый случай в Квартале.
Аннабэлль поморщилась. Естественно, нормы строительства и правила эксплуатации домов с момента постройки дома сильно изменились. Ее бабушка делала тут ремонт сразу после покупки дома, но тогда проводка не была сильно устаревшей. Крашеный гипсокартон и обои скрывали то, что сейчас люди назвали бы преступлением против законов электрики. И какой бы низкой ни была цена, назначенная Майком, это все очень нервировало. Необходимость соответствовать городским требованиям и вынужденная переделка того, что на первый взгляд казалось нормальным, быстро истощали ее заложенный на дизайн бюджет. К сожалению, электропроводка — это вопрос безопасности, поэтому Бэлль просто улыбнулась. — Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
Майк пожал плечами. — О, я уверен, что увижу одного из ваших… друзей раньше, чем вы успеете подойти. Похоже, им очень интересно наблюдать за тем, что я делаю, — он широко улыбнулся и вошел в дом.
Бэлль застонала.
В течение трех дней Эрик, Тейт и Келл упорно торчали здесь. Они работали. Готовили еду. И всячески старались обольстить ее. Когда она выходила из дома, чтобы купить стройматериалы для ремонта, то по крайней мере один из них обязательно сопровождал ее. Вчера она попыталась потихоньку улизнуть, но улыбающийся Эрик уже поджидал ее возле машины и клялся, что ему просто необходим перерыв.
Несмотря на споры о ее трудовом договоре, никто из них не пытался заставить Бэлль вернуться на прежнюю работу. Она поняла их политику: «ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не говорю». А когда она спросила, когда они уезжают, ей сказали заниматься своими делами.
При этом и Эрик, и Тейт подкарауливали ее в моменты, когда она была одна, и делали все возможное, чтобы у нее возник соблазн их поцеловать. В последний раз они окружили ее своими большими мускулистыми телами, голодными взглядами напоминая ей о том, что у нее почти уже было. Когда же она практически растаяла и почувствовала, что кровь закипает, а внизу живота появляется тянущая боль, эти два засранца ушли, сказав, что ей известно, где их найти, и они в любое время будут рады видеть ее.
Кто-то должен уступить, и Бэлль опасалась, что это будет она.
Она три ночи не могла спокойно спать от осознания того, что они совсем близко — только по лестнице спуститься. А потом ей снились мертвые девушки, повешенные на перилах, и монстр, тащивший их на смерть. Бэлль даже поежилась, несмотря на жаркий день. Это было ужасно, но ночные кошмары не прекращались. Аннабэлль дошла до того, что поискала историю своего дома на местном краеведческом сайте. Судя по всему, у этого дома было яркое прошлое. Больше, конечно, домыслов, чем правды, но приложенные на сайте полицейские отчеты подтверждали версию Гейтса. Все эти смерти были самоубийствами, а не убийствами.
— Я уже ухожу, мисс Райт. Спасибо, что позволили моим помощникам заняться инвентаризацией дома. Мы покончим с этой волокитой, и вы сможете спокойно жить дальше. Самое главное — это найти бумаги, документы. Ваша бабушка говорила мне, что у нее есть полис страхования жизни, но у меня нет ни его номера, ни названия страховой компании. Мне нужно будет составить заявление от вашего имени, чтобы вы могли получить деньги, — мистер Гейтс нервно огляделся по сторонам, словно боялся, что кто-то вдруг выскочит с криком: «Бу!». Бэлль насторожило его поведение.
Прохладный ветерок коснулся ее ног. На самом деле, холоднее, чем просто прохладный. Больше похоже на арктическую вьюгу.
Мистер Гейтс, очевидно, почувствовал то же самое, потому что напрягся всем телом и сделал большой шаг назад по направлению к выходу. — Думаю это сигнал к тому, что мне пора уходить, — глаза адвоката расширились, и он нервно сглотнул. — В ближайшее время ждите моих помощников.
Бэлль нахмурилась. Мужчина реально боится этого дома. Она заметила это, когда впервые приехала сюда. Холодный ветер, скорее всего, был ничем иным, как причудой сломанного кондиционера. Мастер по ремонту климатических систем будет здесь через полчаса. И проблема решится.
К сожалению, теперь к основным проблемам добавляется группа сопляков, считающих себя уже юристами, которые будут шастать по всему дому. Так что, одним больше, одним меньше — какая разница? Особенно если этот один сможет сделать температуру в доме стабильной. Если потребуется, она закроет комнаты с паркетными полами и будет молиться, чтобы ей не пришлось потратить больше, чем осталось от бабушкиного наследства. — Если вы считаете, что ваши помощники смогут найти страховой полис и по нему удастся получить какие-то деньги, я станцую джигу, — Бэлль улыбнулась, мысленно составляя список приоритетных вещей, подлежащих ремонту.
Гейтс пятился к выходу до тех пор, пока не оказался в лучах солнечного света. Едва переступив порог, он заметно расслабился и вернул себе утраченное самообладание. — Благодарю вас, мисс Райт. Вы же понимаете, все эти ремонтные работы очень затратны. Мой клиент по-прежнему готов купить у вас этот дом и заплатить наличными.
Она покачала головой. Даже на фоне все увеличивающихся расходов она не будет продавать дом. Несмотря на ночные кошмары, Бэлль нравилось здесь. Она словно приросла к этому дому и ощутила внутреннюю связь с местом, в котором никогда раньше не бывала. Ее отец вырос здесь, и пребывание под этой крышей напоминало ей, как сильно она по нему скучала.
Аннабэлль подняла глаза, и зрелище, открывшееся ее взору, развеяло все грустные мысли. По тротуару бежал Тейт. На нем были только спортивные штаны и кроссовки, а каждый мускул великолепного тела покрывали блестящие капельки пота. При виде его обнаженных плеч и груди у Бэлль отвисла челюсть. Она надеялась, что не забудет, как дышать. Проклятье, когда он рядом и почти раздет, ей просто необходим один из тех арктических воздушных потоков, проносящихся по ее дому. Легкой трусцой Тейт подбежал к дому, и кокетливая улыбка заиграла на его лице. — Привет, детка. Вообще-то это ты должна была поработать надо мной. Я сжег примерно семьсот калорий, учитывая расстояние, время, нагрузку и мой вес, — не обращая ни малейшего внимания на стоящего в дверях адвоката он сексуально зарычал на Бэлль. — Хотя оральный секс сжигает всего около ста калорий, зато тебе не пришлось бы ничего делать — просто позволять любить себя.
Аннабэлль ахнула и хлопнула ладонью по его идеально накачанному бицепсу. — Тейт! Замолчи, пошляк! Иди и прими душ. Насколько я помню, у тебя обостренное обоняние.
— От себя я запахов не чувствую, — он протолкнулся мимо Гейтса, который сморщил нос и даже отшатнулся. А Тейт наклонился и провел носом по ее шее, обжигая кожу своим жарким дыханием. — Зато ты пахнешь просто замечательно, — а потом повернулся к внезапно насторожившемуся Гейтсу, в мгновение ока превратившись из похотливого самца в проницательного адвоката. — Вам что-то нужно от моей клиентки, мистер Гейтс?
Старик нахмурился. — Если у вас такое обращение со своим клиентом, сэр, то, боюсь, у нас разные представления о профессионализме. И я уже закончил здесь свои дела, — он развернулся на пятках и пошел прочь.
— А вам не следовало грубить, — крикнул Тейт ему вслед. У него была привычка делать замечания людям, которые ему не нравились. Он говорил, что просто пытается научить их вежливости, но Бэлль была почти уверена: ему просто хочется их позлить. И это навело ее на мысль… может, ей следует обращаться с Тейтом, как с Сэром? Когда хорошо себя ведет — давать печенье. Когда плохо — брызгать его водой из бутылки. По крайней мере, будет повод посмеяться.
Тейт вошел в дом и закрыл дверь. — Он мне не нравится. Мой внутренний радар безошибочно распознает в нем засранца.
У Бэлль было такое же мнение, но зачем подливать масло в огонь, подкрепляя подозрения Тейта. Как только закончится бумажная волокита, касающаяся бабушкиного наследства, она навсегда распрощается с мистером Гейтсом. — Мне нужно возвращаться к делам.
— Одну секундочку, — Тейт схватил ее за локоть и притянул к себе так близко, что она оказалась окутанной теплом его тела. Боже, даже потный, он пах потрясающе. Мускусом, мужественностью… ее женская сущность сжалась в безмолвной мольбе, и Бэлль выдохнула, — Что?
— Ты знаешь, что секс — это одна из лучших тренировок для мужчин. Я мог бы сжечь сто сорок четыре калории за время полноценного полового акта, и это не считая той сотни, которая сгорела бы в процессе поедания твоей киски.
По телу Бэлль снова разлилась жаркая волна. Слабая ее сторона страстно желала забыть о благоразумии и броситься к нему в объятия. Но если она сейчас уступит ему… Дай палец, так он же всю руку откусит. — Ты не должен говорить со мной о подобных вещах.
— Он опять грозился стать пожирателем твоей киски? — спросил Эрик, когда они добрели до кухни.