– А за деньги можно что-то взять? – поинтересовался учёный, уже немного угадывая ответ.
– За что?
– Это не так важно. Покажите, где тут деревня.
– Пожалуйста. Не забывай слово «пожалуйста», – произнёс мужчина и повёл людей к обогреву, попутно рассказывая историю о том, как завалил медведя, из шерсти которого, в обмен на мясо и голову, ему сшили шубу. История была не слишком интересной. Типичная пуля белке в глаз, или как тут – нож медведю в глаз.
Поселение представляло собой смесь быта ноевских рабов и жуткого севера. Натянутые шатры полностью покрыты на удивление отвратительно вычищенной кожей и шкурами различных мелких, и не очень, животных. Повсюду стояли привязанные прототипы оленей. Эти рогастые создания, по-видимому, ещё не сформировали своё представление о прелюдиях, не осознавали место и время оплодотворения, поэтому пока одна пара занималась своим делом – другие даже не смотрели в их сторону. Опять же, они не особо напоминали одомашненных животных, которых можно затянуть в упряжку, одному наклеить красный нос и повести санки. Это более суровые и злые особи, в их глазах можно увидеть презрение и ненависть. Поведение сравнимо с животным в зоопарке, где они, вроде, не одомашнены, но уже понимают, что напрягаться им в жизни не предстоит (так много как в дикой среде). Скорее всего, из-за этого и происходила столь странная случка. Самец осознавал, что может делать данное действие в любое время. Может, ему это и не приносит удовольствия, но надо увеличивать своё потомство, тем более, когда у тебя такие красивые рога, как у него.
Люди окружали не такие гигантские, как провожающий. Хотя и являлись достаточно толстыми, без исключения. Насколько же тогда уродливы приезжие сюда, кроме, конечно же, Лены, на которую засматривались все проходящие мужчины. Их взгляд целиком уходил на пятую точку. Одному такому глядоку прилетело по шее от ревнивой спутницы.
Причина толстоты населения стала понятна на рынке. Жир во флягах из кожи, нарезанный жир, сало, печеный жир, мясо в жиру, жир для приготовления (вместо масла) – это только еда. Ещё есть жир для тела. Ну и для дома, вместо свечей. Хорошо, что они ещё не умеют делать мыло. Или умеют? Да, вон стоит большой пласт, от которого старуха отрезает куски мутноватого нечта.
– Медведь! – позвали проводника. Скорее всего, данная кличка прижилась к нему из-за той самой истории и шубы.
– Чего? Кто? А, ты, Ярило. Приветствую!
– И тебе привет, брат. А это кто сзади тебя? – новый знакомый был чертовски похож на старого, отличалась лишь шуба. Они вдвоём были почти одинаковыми и различались только густотой бороды. Под ней различий, скорее всего, не счесть, но сейчас это узнать нельзя.
– Это люди с востока. Я их проводил на рынок. Познакомься, чего встал как вкопанный?
– Чужаки? – спросил Ярило.
– Брат, ну ты чего, – вступился Медведь, – это наши гости.
– Извините меня. Я что-то слишком резко отреагировал. Пойдёмте со мной, у нас скоро праздник.
– Молодец, братец, вот теперь хорошо. Пойдёте?
– Да, пойдём. Спасибо. Но для начала, не могли бы вы подсказать, какая здесь валюта, ну, единица чтобы менять её на еду? – смущённо спросил Артём. На фоне гигантов он смотрелся как спичка.
– Так эта, шкура оленья.
– А, понял, спасибо. Куда пойдём? – учёный опять вошёл в состояние зазнайки, постоянно правого во всех догадках.
Праздник проходил в единственном доме, сколоченном за пару дней. Всюду лежали бревна. Данная изба держала в себе шесть углов из-за деревьев, воткнутых под большим градусом. Наверху уродливая крыша из хвороста, постоянно продувающая вниз. Если бы внизу не были расстелены шкуры, и посередине не горел бы костёр, было бы ужасно холодно.
В избу постоянно заходили люди, одетые в большие шубы. Когда народу собралось много, некоторые стали молиться. Поза один в один как современная в любой церкви. Колени на пол. Ручки на них. А потом прижимаешь ладони друг другу и просишь того, чего тебе не хватает. Дальше просто все встали и начали расходиться. На этом веселье кончилось? Вопрос с подвохом. Оставшиеся люди собрались вокруг костра, взявшись за руки. Хоровод длился минуты три, потом все танцующие вышли из него и вошли обратно, через пару людей от своего изначального местоположения. Получилось так, что Лену подхватили под руки два бугая. Девушка улыбалась, потому что не понимала дальнейших действий.
Брак – штука благородная. А какова главная его цель? Рождение детишек и их дальнейшее воспитание. Что можно сказать о людях севера? Они отмороженные. Во всех смыслах. И даже в области гениталий. Поэтому, чтобы размножаться, они иногда меняются партнёрами. Проверять, чей сын или дочь пока невозможно, и никаких обид нет, да и смысла в обидах нет. Кто же виноват в том, что муж импотент и пару раз плавал в морозном озере? Но всё же некая обида оставалась, поэтому такие праздники происходили. Обмен, а точнее услуги по зачатию предоставлялись добровольно и охотно. Хорошая идея, чтобы сохранить популяцию в таком холодном месте. Также с помощью такой версии свингования можно получить ребёнка другой крови, дабы не мешаться как царские особы.
Больше никто путешественников не брал, скорее всего, из-за излишней худощавости. И когда люди начали расходиться, два больших мужчины всё так же держали Лену, что означало не совсем хороший исход для женщины, которая не понимает, что происходит.
– Ребят, отпустите меня, пожалуйста, танец закончился, – сказала девушка.
– А тебе из нас никто не нравится?
– Вы оба мне нравитесь.
Мужики переглянулись. На их лицах было или отвращение, или непонимание, сложно понять из-за бородатости.
– Ребят. Мы не местные, объясните, что вы хотите, пожалуйста! – встрял Артём.
– А! А мы, дураки, думаем, как это вдвоём понравились! – рассмеялся мужичок.
– И не говори! – второй также раскатисто расхохотался.
– Вы не ходите сюда больше, если не хотите, чтобы глупо было. Это «Свингерский обряд».