Происки Чёрного древа: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Всё произошло очень быстро. Сначала Игер услышал дикий крик Торка, потом кто-то безжалостно пнул его в плечо, отчего он, перекатившись через бок, грохнулся в глубокую лужу. Там, где он был секунду назад пронеслась чёрная пернатая тень и ударила в землю, за ней тут же вылетела, пущенная Торком стрела. Вода врезалась прямо в глаза. Игер поперхнулся и дёрнулся со всей силы вверх. Огромный мешок проводника под водой за что-то зацепился и не позволил ему хотя бы сесть, оставив тело в полусогнутом положении. А тем временем нечто, приземлившееся в пяти шагах от его вытянутый ног, ринулось вперёд.

Два маленьких уголька среди остывшего пепла. Ярко-красные, сверкающие злобой, глаза смотрели из глубины костяной головы над длинным клювом. Череп чудовища был покрыт множеством серых корост, из-под которых пробивались через редкие щелки тонкие перья. Один слой корост покрывал другой. Огромные крылья широко распахнуты в стороны, украшенные большими толстыми перьями. Из-за спины торчит кончик стрелы, который мешал существу взлететь. Из пасти исходил невыносимый визг. Шея, которая скрывалась за массивной головой, ходила вперёд и назад, отчего клюв бил чуть ли не на пару шагов вперёд. Под вытянутой головой две небольшие трёхпалые конечности перебирали мокрую землю, стремительно приближая охотника к жертве.

Стрела свистнула ещё раз, но попав прямо в голову, вырвала одну из серых корост и плюхнулась в воду. Игер барахтался на месте, безуспешно пытаясь справиться с мешком и с ужасом одновременно. Ещё одна стрела скользнула по крылу существа, лишив его нескольких перьев. Игер сжал кисть на своём фамильном кинжале в форме ветви дерева и, вынув его из ножен, начал пилить одну из лямок мешка. Длинный тяжёлый гвоздь, брошенный Торком, на мгновение прибил чудовище к земле, застряв в толстом черепе, следующий угодил около глубоко посаженного глаза, третий – посередине лба, но существо не останавливалось. Одна из лямок лопнула под острым лезвием, освободив руку заложника. Игер извернулся на месте и вытащил другую, но тут по ноге прошла волна боли, вырвав из его груди невольный крик. У чудовища не было зубов, лишь острый клюв, который в двух местах разрезал сапог и дёрнул жертву назад, отчего Игера вновь развернуло лицом к нападавшему. «Конец», – подумал он, когда его глаза встретили два яростных уголька, чей обладатель уже зарядил свою мощною шею на новый удар. Бесполезный кинжал сделал неловкий взмах перед лицом. И существо, вскинув голову к уходящему Солнцу, издало хриплый вопль и упало к ногам Игера. Шляпка длинного, тронутого ржавчиной гвоздя, брошенного Торком, торчала на месте правого глаза чудовища, из пасти которого доносился слабый прерывистый хрип.

Торк протянул ему свою жилистую руку, но, когда он встал на раненую ногу, тело прожгло судорогой. Игер сумел найти силы допрыгать до дерева, где висела голова бедного путешественника. Страх на время вытеснил всю брезгливость, позволив ему привалиться спиною к злосчастному дереву и равнодушно закрыть глаза. Он слышал, как выругался проводник, зажигая свой свёрток, как тихо переворачивается в воде бездыханное тело существа, как трещат коросты на лишённом кожи черепе, когда из него вынимают метательные гвозди. Боль снова скользнула по ноге, тело зазнобило, сердце бешено застучало в груди, глаза широко распахнулись. Всё было спокойно. Торк стоял около трупа чудовища, вытирая с метательного гвоздя тёмную кровь о собственный плащ.

– Ведьма, – громко объявил проводник, – в этих краях их нынче много развелось, видимо, тут неплохо кормят. Например, такие как твой милый безголовый дружок. Я вижу, вы там уже подружились. С этими тварями аккуратнее быть надо. Видишь какой череп толстый? Он у них всю жизнь растёт, им же они и убивают. Забираются повыше, жертву высмотрят и вниз головой ныряют. Мало кто выживает от такого удара.

– Выходит, ты меня спас, – слабо улыбнулся Игер, Торк подошёл близко к нему.

– Потом отблагодаришь, – он выплюнул коричневую жидкость себе под ноги, – Как нога? Покажи рану.

Подошва сапога была разрезана на две части, отчего носок повис на двух полосках толстой кожи и грозил вовсе оторваться. Из прорези в обоих местах просачивалась кровь. Когда Игер снял сапог, то слегка побледнел. Одна глубокая бардовая полоса тянулась чуть ниже пальцев, другая шла через всю лодыжку. Белая пелена застелила глаза, когда Торк без предупреждения плеснул на рану той самой жгучей жидкости, а потом также резко начал перетягивать порезы не совсем чистой повязкой. На всё ушло немного времени, но от такой боли оно растянулось в разы.

– Жить будешь, – проводник, закончив с помощью, вынул свой насквозь промокший мешок из лужи, в которую недавно пнул подопечного и взгромоздил уцелевшую лямку себе на плечо, а мешок покойника повесил на другое, пока Игер, стиснув зубы, натягивал сапог на раненую ногу.

На Древней станции Игер часто поднимался на поверхность, но никогда не оставался там допоздна, потому при каждом удобном случае с замиранием сердца наблюдал за закатом, когда каменное небо на горизонте просвечивало бледными оранжево-розовыми красками. Теперь же он даже не взглянул вслед уходящему светилу. Нога пульсировала на каждом шагу, в горле пересохло при том, что вся одежда насквозь промокла, и тело сильно чесалось под ней. Жар и озноб волнами накатывали на него. Он перестал замечать абсолютно всё. Может быть он пропустил бы и Ведьмину клетку, если бы Торк не оповестил его об этом:

– Пришли, Чёрное древо, это, конечно, не город Сердце, но…

Глава 2. Иного выбора нет

Через Зубастые горы путь от Древней станции до Ведьминой клетки занимал целую неделю. Раз в месяц по дороге, проложенной не одним поколением, туда и обратно проходил торговый караван, что вёз в Ведьмину клетку бочки со слезами чёрного дерева, а возвращался с ящиками выращенных на болотах плодов, лекарственных растений и корней. Из-за редких, но жестоких нападений дикарских племён, обитающих в глубинах Зубастых гор около Солнечной иглы, каждому каравану требовалась достойная охрана. Обычно сопровождением занимались зверобои Древней станции, которыми руководил Энурган Волчий страх, но частенько они брали с собой и обыкновенных парней, умеющий хоть как-то стрелять из лука. Однако, Игеру так и не удалось вырваться за пределы родного дома из-за строгих наказов Иварта Чёрное древо. И именно сейчас Игер мог бы от всей души поблагодарить покойного деда, ведь из-за его опасений потерять единственного потомка Чёрного древа в Ведьминой клетке никто не знает Игера в лицо, а значит и не выдаст Волчьему страху.

Солнце полностью скрылось за горизонтом, когда путники приблизились к Ведьминой клетке, высокие толстые ворота преградили им путь. Торк сложил ладони у рта и громко рявкнул:

– Стража, откройте ворота, гости пришли, – на последнем слове его голос сорвался в слабый хрип, проводник тяжело задышал, пытаясь выдавить застрявший посреди горла комок. Казалось, кашель затянулся на пару минут. И пока Торк отхаркивал бурые сгустки, сбросив мешок покойника и свой собственный на землю, над воротами из-за железных прутьев показалась голова в огромном шлеме:

– Имена? Кто вы? Отвечать, ночные твари! Отвечать, – грубый голос рвал тишину, – Эй, сейчас огнемётом всех поджарю!

– Я Торк, а ты – слепое чучело, Улишарт, – проводник, прочистив горло, грозил стражнику пальцем, – со мной парнишка из Древней станции, я по делу пришёл, открывай врата!

– Врата? Вы слышали, парни? Врата! – сначала заржал стражник по имени Улишарт, потом к нему присоединилось ещё три басистых голоса, – а не много ли чести, Торк?

Под пронзительный хохот Торк скинул с головы капюшон и низко поклонился, демонстративно вскинув руку. Голова исчезла, но спустя минуту недалеко от ворот затрещала тяжёлая дверь, отодвигая толстый слой липкой грязи. В проходе стояла внушительная фигура с чем-то массивным в руках и вертела головой по сторонам. Торк хлопнул Игера по плечу, подхватил мешки и весело зашагал к двери, напевая под нос: «Город Сердце прими же меня, я пройдусь по Артерии, где украшенья, меха…».

Периметр Ведьминой клетки представлял собой девять высоких башен с огромными огнемётными установками, соединённых каменными стенами, за которыми плотно стояли друг к другу узкие улицы домов. Небо было перетянуто множеством железных прутьев, протянутых между башнями так, чтобы ничто не смогло проникнуть внутрь города с воздуха. Так же для удобства патрулирования и починки на уровень ниже небесной сетки были подвешены узкие мостики, по которым и сейчас расхаживали люди в толстой броне с огнемётами в руках.

Когда позади Игера захлопнулась тяжёлая дверь и опустились металлические засовы, а Улишарт, обменявшись с Торком парой новостей и колких фраз, вернулся на своё место, проводник отвёл Игера в сторону от костра, где грелась троица других стражников Ведьминой клетки, и, сжав руками дрожащие от холода плечи Чёрного древа, тихо произнёс:

– Вот мы и прибыли, парень, – Торк глубоко вздохнул и вынул из кармана свёрток дым-травы, – я выполнил свой долг перед стариком.

Подбородок Игера нервно дёрнулся, а рука сжала рукоять ножа в форме ветви дерева. Наступило молчание. Торк сунул свёрток дым-травы в дыру между зубов и крепко сжал дёснами, потом вынул из внутреннего кармана плаща небольшой серый коробок, достал тонкую спичку, изготовленную на Древней станции, и, чиркнув, зажёг кончик свёртка, от которого к земле пополз густой серый дым. Игер опустил глаза вниз, разглядывая разрез на сапоге. Торк со свистом затянулся, почесал розовый шрам на лице и медленно выдохнул, наблюдая, как порыв ветра унёс в сторону и рассеял плотное облако дыма, а потом продолжил:

– Слушай, малец, я, конечно, плевать хотел на твоё будущее, для старика я и так сделал достаточно, но послушай совет: беги как можно дальше отсюда. Энурган боится мести, потому сделает всё, чтобы твоя голова оказалась подальше от тела.

Игер тяжело сглотнул скопившийся в горле ком и поднял взгляд на проводника, бледные водянистые глаза которого пристально следили за ним из-за серой завесы дыма из свёртка. Весёлый разговор стражников у костра внезапно оборвался. Чёрное древо оглянулся через плечо и увидел, как около них расположился на корточках высокий человек без характерной для стражи экипировки. Торк смачно сплюнул коричневую слюну, чуть не попав на сапоги Игера. Свёрток дым-травы медленно таял, испуская тонкие серые струйки. Проводник опустил тяжёлую ладонь на плечо Игера:

– Ладно, Чёрное древо, бывай. Помни, что лучше тебе поскорее убраться отсюда подальше. Скучать не буду. Всего хорошего.

Игер ничего не ответил, лишь наблюдал как проводник удалялся в сторону ближайшего переулка между каменных домов, хрипло напевая:

– Город Сердце прими же меня, я пройдусь по Артерии, где украшения, меха. Оболью сердце огнём, подкинув в душу полени, и тихонечко выйду по Вене.

Голос Торка плавно утих. И теперь воцарилась полная тишина, которую перебивал лишь скрип подвешенных мостиков и дребезжание прутьев небесной клетки над головой. Стражники тихо перешёптывались, собравшись у огня с противоположной стороны от пришельца. Чёрное древо съежился, обняв плечи руками. Нос заложило, а покрасневшие глаза защипало так, словно их разъедало едким дымом. Неуверенными шагами Игер направился к костру.

Никто не обратил внимания, когда он уселся около одинокого незнакомца, поджав ноги к груди и протянув ладони к огню так близко, что оранжевые язычки больно лизнули онемевшие от холода пальцы. Игер опустил голову вниз, спрятав её между руками, где было немного теплее, и закрыл уставшие глаза.