— Какой? — оживилась Асахина.
— Мы купили билеты на аттракцион иллюзий, но, как видите, Эшфорд-сан не пришла, и у нас остался один лишний. Шоу будет происходить во время затмения под открытым небом на самом верху маяка. Мы с Асато и Тацуми-сан приглашаем вас насладиться представлением. Эффекты, подобных которым нет в целом мире, начнутся прямо здесь и сейчас. Устроитель шоу обещал незабываемые чудеса. Вы согласны пойти?
Я увидел, как испуганно расширились глаза Хисоки. Он занервничал, но, переведя взгляд на Асато, подавшего ему знак не волноваться, юноша сообразил, что не стоит возражать.
— Спасибо! — Асахина счастливо заулыбалась. — Схожу, конечно, с огромным удовольствием. А как называется шоу?
— «Апокалипсис над морем», — не моргнув глазом, отозвался я.
— Интересное название, — одобрила Асахина. — Никогда такого шоу не видела.
— Уверяю, — я постарался, чтобы улыбка получилась искренней, а не вымученной, как у Асато, — такого представления больше вы нигде не увидите. Только в Шабле и только сегодня. Уникальное шоу.
— Вы так замечательно описываете всё это, Мураки-сан. Думаю, мне понравится, — солнечно улыбнулась Асахина, не заподозрив подвоха.
Пожалуй, это был один из тех редких случаев в моей жизни, когда, солгав кому-то, я ощутил невыносимые угрызения совести.
Комментарий к Глава 60 (часть 1). Полная фаза * Какой пассаж! (фр.)
====== Глава 60 (часть 2). Битва ======
К двум часам по местному времени сгустились сумерки, словно собиралась гроза, однако на небе не наблюдалось ни облачка. Море и маяк затянуло сизой дымкой. Я не мог объяснить себе собственных ощущений, но казалось, будто гигантский спрут раскинул извитые щупальца, накрыв огромным телом здешний мир, либо боги завернули нас всех, как кукол, в шерстяной платок. Стало душно. Птицы умолкли и попрятались. Тьма, незримая людям, подступала из небытия всё ближе.
Дольше ждать не имело смысла. До полного затмения оставалось одиннадцать минут. Постаравшись придать себе непринуждённый вид, я обратился к Асахине:
— Киёкава-сан не обидится, если я попрошу её закрыть глаза? Устроители шоу обещали необыкновенные спецэффекты, если мы будем исполнять их рекомендации.
Невыносимо тяжело вести себя галантно, приглашая даму на смерть. Асахина не стала спорить и доверчиво зажмурилась. Хисока и Тацуми взяли её за обе руки. Асато прикоснулся левой рукой к запястью Тацуми, а правой — ко мне. Поймав его пальцы и успев мимоходом их погладить, я осторожно дотронулся до подрагивающей от волнения ладони Хисоки. Круг замкнулся, и тогда я мысленно обратился к амулету: «Сделай нас невидимыми и перемести на Шабленски Фар».
«Слушаюсь!»
Никогда ещё телепортация не была такой внезапной. Передо мной, словно в диапроекторе, поменяли картинку. Проектор, правда, тянул на 9D, а новая картинка выглядела, как бесконечная бархатная темнота с мерцающими звёздами.
Задолго до дня Апокалипсиса я многократно задавался вопросом, как нам удастся разместиться на вершине маяка, основную часть которого занимает огромный вращающийся светильник? «С тем же успехом можно пытаться сражаться в токийском метро в час пик», — думал я. Ныне животрепещущий вопрос отпал сам собой.
— Красиво! — восторженно протянула Асахина, оглядываясь. — Это ведь зрительный зал?
— Да, — коротко выдавил я. На большее просто не хватило сил.
— Интересно, как тут всё устроено? — Киёкава-сан откровенно не понимала, почему вокруг нет ни зрителей, ни сцены, ни сидений, да и висим мы в воздухе, игнорируя гравитацию. — И как нас сюда переместили?
— Это иллюзия. Трёхмерные декорации. Мы на прежнем месте, но современные технологии творят чудеса, — коротко пояснил Хисока, за что я был ему безмерно благодарен, поскольку сил на изысканную ложь не осталось.
— Никогда не видела ничего похожего! — продолжала восторгаться Асахина.
— Шоу только начинается, самое интересное впереди, — торопливо добавил Хисока.
— Я уже впечатлена, — Асахина продолжала осматриваться в том пространстве, где мы очутились. Она искала невидимый пол под ногами, пыталась дойти до воображаемой стены, а та отодвигалась, и Киёкава-сан только охала и изумлялась, какими техническими средствами достигается столь правдоподобная иллюзия. — Нобору обидится, что его не позвали, — печально вздохнула Асахина, — но я ему непременно расскажу о представлении. Не смогу промолчать.
«Если выживем, — невольно мелькнуло в голове, но я прогнал эту мысль. — Слушай, куда ты нас забросил?» — спросил я, обращаясь теперь к амулету.
«Вы на маяке, внутри барьера, — послышалось в ответ. — И предваряя твой вопрос насчёт необходимости такой защиты, отвечу сразу: нельзя биться в истинном пространстве Земли. Раскурочите всё, без году неделя боги вы наши! От памятника культуры кирпичной крошки не останется. Местных перепугаете. Пусть уж если все помрут, то не поймут, от чего. Для людей ваша свистопляска будет выглядеть, как гроза с ливнем, идущая со стороны моря, которая в случае неудачного развития событий и потери барьера перейдёт в шторм, смерч, потоп, множественные тектонические разломы, а затем планета развалится. Но, согласись, быстро и неожиданно умирать намного легче! Кроме того, если военные, охраняющие маяк, услышат шум битвы, то непременно влезут наверх, а зачем нам проблемы? И так убивать сегодня придётся много. Хоть военных пощадим!»
Я порадовался, что мрачный юмор у рубина не пропал. Это ободряло.
«Неужели ты способен справляться с чем-то без моего приказа?» — с подковыркой осведомился я.
«Подсознательные желания хозяина рассматриваются наравне с прочими, а перед перемещением вы подумали о безопасности жителей Шаблы. Я ваше намерение исполнил», — гордо изрёк амулет.