— Её способно спасти лишь чудо. И ей повезло: у меня есть хороший донор, — указываю кивком на Асато.
Чизу-тян внимательно смотрит на него, но тактично не выказывает ни малейшего удивления по поводу необычного оттенка радужной оболочки.
— Вы собираетесь отдать органы для трансплантации? — неожиданно спрашивает она.
— Да, отдам … — внезапно соглашается мой склонный к самопожертвованию хранитель, но я быстро перебиваю его.
— Сделаем гемотрансфузию.
— Во-первых, с донорской кровью для девочки проблем нет, во-вторых, понадобятся новые анализы, — напоминает Чизу. — На это нет времени: ребёнок может не сойти с операционного стола.
— Именно поэтому обещай, что доверишься мне и используешь его кровь без анализов, никому об этом не скажешь и не будешь просить образцы тканей.
— Почему такие странные условия?!
— Ты имеешь полное право отказаться от этого предложения, ибо оно идёт вразрез с традиционными методами лечения и с нормами медицинской этики. Если согласишься, у девочки появится шанс. Тот самый, который ей нужен. Рискнёшь?
Она задумывается на несколько секунд, а потом решительно кивает, добавив вслух:
— Я, наверное, спятила.
Украдкой пожимаю Асато-сан руку перед тем, как отпустить его к аппарату переливания крови. Он отвечает лёгкой улыбкой.
Оставшись один, нервно вышагиваю из угла в угол по кабинету.
Через час у Айко Кобаяси диагностируют восстановление повреждённых органов. Я прошу Чизу-тян сохранить случившееся в тайне, а выздоровление девочки приписать таланту хирурга.
— Кто он?! — буквально вжимает меня в стену раскрасневшаяся Чизу-тян, когда мы ненадолго остаёмся наедине. В такие моменты я её побаиваюсь: она похожа на тигрицу перед прыжком. — Где ты его нашёл?! Ты в курсе, что его кровь ускоряет регенерацию тканей в сотни тысяч раз?!
— Разумеется, иначе не привёз бы его сюда.
— Как думаешь, такой состав крови можно воспроизвести искусственным путём?
— Если есть возможность создать искусственный аналог, я это сделаю.
— Я направлю к тебе надёжных людей!
— Не надо никого больше привлекать к этим исследованиям.
— Почему? Тебе бы выделили лучшее оборудование, нашлось бы множество спонсоров…
— И Асато-сан официально превратился бы в экспериментальный образец, — заканчиваю фразу.
Чизу хмурится и печально вздыхает.
— Тогда я удивлена, что ты вообще решился привезти его.
— Он попросил меня, когда услышал об умирающем ребёнке. Я пытался отговорить его, зная, что одним разом проблема не решится. Будут другие несчастные дети, и, в конце концов, многочисленные «чудесные исцеления» привлекут внимание журналистов. Но что намного хуже — военных, воротил бизнеса, якудза и правительство, и на этом жизнь Асато-сан закончится. Я не говорю «спокойное, мирное существование», а жизнь в принципе. Они доконают его.
Нервно потирает лоб.
— Ясно. Ты в первую очередь пытаешься защитить его, а он хочет помочь людям… Кадзу, кто он? Я не верю в демонов, но его способности к регенерации и цвет глаз…
— Поверь, это худшая тема, которую ты могла выбрать.
— Извини, — кладёт ладонь мне на плечо. — Береги его, кем бы он ни был, — и добавляет. — Всегда подозревала: обычные люди тебя не привлекают!
— В толк не возьму, на что ты намекаешь?