— Видите, — удовлетворенно качнул головой старичок. — Зачем судить, если все мы не идеальны? Но скажите, в чём вы вините вашу возлюбленную?
— У меня нет возлюбленной.
Старичок понимающе усмехнулся.
— Значит, есть любимый.
— С чего вы взя…
— Молодой человек, — покачал головой старичок. — Я вам не судья и не советчик. Просто решил рассказать о своей жизни. Возможно, вам это полезно будет, а, возможно, нет. Только знайте, осуждение и любовь — разные вещи. Осуждает ум. Любит сердце. Они между собой никогда не придут к согласию, но только через сердце человек может быть счастлив. Ум — бесплодная пустыня. Осуждая, заблудишься в ней навсегда.
— По-вашему, надо забыть о загубленных душах?! — выпалил я и прикусил язык.
И зачем я ляпнул такое? Проклятие, как же у меня в голове всё перепутано! Дальше некуда! Пора срочно возвращаться в Мэйфу, а то я сейчас наболтаю лишнего.
— Со смертью смириться нельзя, но я сейчас говорю о другом. Любовь, приходя в чьё-то сердце, не спрашивает, достоин ли её твой избранник. Неужели Господь, посылающий любовь, менее мудр, чем мы, мучающие себя мыслями о том, кто чего достоин? — и старик отечески похлопал меня по плечу. — Ты хороший, сынок. Желаю тебе поскорее разобраться в себе и стать счастливым.
И, приподняв над головой шляпу в знак прощания, он пошёл по аллее прочь.
Подождав пока он отойдёт подальше, я огляделся вокруг. Никого.
Сунув телефон в карман, я скрылся за стволом ближайшего дерева, а оттуда телепортировался в Мэйфу.
Судя по тому, как другие синигами отреагировали на моё возвращение, увидеть меня в добром здравии почти никто не ждал.
Шеф Коноэ с подозрительно увлажнившимися глазами выслушал мой доклад о происшедшем, после чего обернулся к Тацуми и попросил того в ближайшие дни поискать информацию о леди с кинжалом. У Сейитиро заметно дрожали руки, когда он зачем-то начал перекладывать с места на место папки с отчётами. Один Ватари не пытался изображать сдержанность. Он кинулся ко мне и крепко обнял, похлопав по спине:
— Поздравляю! Ты спас пострадавших и сумел вырваться из лап маньяка! Ты невозможно крут, приятель!
— Не так уж и крут, — печально вымолвил я. — Мураки сам решил отпустить своих жертв. К тому же спасены не все, — добавил я. — Микако-сан была похищена той странной сообщницей доктора, похожей на демона или сильного тёмного мага.
— Расскажи поподробнее о той даме, — взволнованно попросил шеф.
— Ей примерно двадцать два года. Волосы тёмно-каштановые, глаза золотисто-зелёные. Носит на шее старинный кинжал с таким… треугольным лезвием. Она запросто справилась с Бьякко, загипнотизировав его. Монстры Мураки тоже её слушаются. Да, забыл сказать: Мураки что-то сотворил с Микако-сан перед тем, как её похитили. Кажется, Микако стала наполовину демоном, как я.
— Ну, твоё полудемоническое происхождение ещё не доказано, — загадочно вымолвил Ватари и не успел я уточнить, что он имеет в виду, как Ютака добавил. — Но об этом позже. Сейчас надо потрудиться найти логово этого вивисектора, чтобы вернуть девушку родственникам в добром здравии.
— Да, — уныло отозвался я, — только не представляю, откуда начинать поиски.
— А ты ступай, прими душ, отдохни. Глядишь, к завтрашнему дню проблема начнёт рассасываться…
— Каким образом? — я в недоумении поднял глаза и увидел, как Ватари, Тацуми и шеф обмениваются многозначительными взглядами. — Вы что, собрались помогать?
— А то нет! — широко ухмыльнулся Ватари, подмигивая мне. — После того, как ты провернул такое немаленькое дельце в одиночку, неужели мы не поспособствуем в остальном? Плохо же ты о нас думаешь! В общем, отдыхай. И — да, имей в виду: тебя в твоей комнате кое-кто ждёт. Правда, он очень устал. Не спал всю прошлую ночь … Ты уж не буди его. Или нет, разбуди! Думаю, он будет рад тебя видеть.
Слёзы невольно навернулись мне на глаза, и чтобы мои друзья ничего не заметили, я быстро телепортировался к себе.
Десяток вкуснейших пирожных и две упаковки коричных рулетов, лежащие на столе, сразу бросились в глаза, стоило только оказаться в комнате.
И ещё — идеальная чистота вокруг. Ни пылинки.
Хисока спал на моей кровати, уткнувшись носом в подушку, свесив ноги с края кровати. О, стыд на мою голову: похоже, он в одиночку прибрал весь тот кошмарный хаос, который царил здесь. Туго ему пришлось, учитывая, что на уборку комнаты я тратил не больше десяти минут в неделю с того момента, как попал в Мэйфу.
Я осторожно приблизился и дотронулся до волос Хисоки. Мой напарник что-то пробормотал сквозь сон, перевернулся на спину и открыл глаза. Несколько секунд он, не моргая, смотрел на меня, а потом подскочил на кровати и повис на моей шее.
— Идиот, — зашептал Хисока мне на ухо. — Ещё раз сунешься в самое пекло один — собственноручно прибью! Найду способ.
— Не сунусь, не сунусь…