Монсоро пожал плечами.
— Послушайте, — сказал Бюсси, — клянусь богом, сударь, когда я дам удовлетворение господам де Шомбергу, д'Эпернону, де Келюсу и де Можирону, я буду в вашем распоряжении, целиком в вашем и только в вашем. Если они убьют меня, что ж, вы будете отомщены их руками, вот и все. Если же, напротив, я окажусь в состоянии расплатиться с вами сам…
Монсоро обернулся к своим людям.
— Ну, — оказал он. — Ату его, мои храбрецы!
— А, — сказал Бюсси, — я ошибся: это не поединок, это убийство.
— Клянусь дьяволом! — воскликнул Монсоро.
— Да, я вижу, мы ошиблись друг в друге. Но подумайте вот о чем, сударь: все это не придется по душе герцогу Анжуйскому.
— Он-то меня и прислал, — ответил Монсоро.
Бюсси вздрогнул, Диана со стоном воздела руки к небу.
— В таком случае, — сказал молодой человек, — я буду рассчитывать только на Бюсси. Держитесь, мои храбрецы!
С молниеносной быстротой он опрокинул скамейку для молитв, подтащил к ней стол и швырнул поверх них стул. Таким образом, в одну секунду он воздвиг между собой и врагами нечто вроде оборонительного вала.
Он действовал так быстро, что пуля, выпущенная из аркебузы, попала лишь в скамейку и застряла в ее досках. Тем временем Бюсси повалил чудесный шкафчик времен Франциска I и добавил его к своему укреплению.
Диана оказалась укрытой этим шкафчиком. Она понимала, что не может помочь Бюсси ничем, кроме своих молитв, и молилась. Бюсси бросил взгляд на нее, потом на противников, затем на свой импровизированный оборонительный вал.
— Теперь пожалуйте, — сказал он, — но будьте осторожны, моя шпага колется.
«Храбрецы», понукаемые Монсоро, двинулись на Бюсси, как на кабана, Бюсси ждал их, пригнувшись, с горящими глазами. Один из нападающих протянул было руку к скамейке, чтобы оттащить ее, но, прежде чем его рука коснулась оборонительного заграждения, шпага Бюсси, высунувшись в амбразуру, разрезала эту руку от локтя до плеча.
Человек вскрикнул и попятился к окну.
Тут Бюсси услышал быстрые шаги в коридоре и решил, что оказался меж двух огней. Он метнулся к двери, что бы задвинуть засов, но, прежде чем успел это сделать, она открылась.
Молодой человек отступил на шаг, чтобы, обороняться сразу и против старых, и против новых врагов.
В дверь вбежали двое.
— А, дорогой мой господин, — воскликнул очень знакомый голос, — мы не опоздали?
— Реми! — произнес Бюсси.
— И я! — крикнул второй голос. — Да тут, кажется, убивают?
Бюсси узнал этот голос и зарычал от радости.
— Сен-Люк! — воскликнул он.
— Я самый.
— А! — сказал Бюсси. — Теперь, дражайший господин де Монсоро, я думаю, будет лучше, если вы дадите нам выйти, потому что теперь, коли вы не посторонитесь, мы пройдем по вашим телам.
— Трое ко мне! — крикнул Монсоро.
И над балюстрадой показались трое новых нападающих.
— Вот как? Значит, у них целая армия? — сказал Сен-Люк.