Сквозь столетья: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А, позвольте узнать, над чем вы теперь трудитесь? — ненавязчиво поинтересовался Джеймс, заметив лежащую на столе стопку исписанной бумаги.

Теодор допил полуостывший кофе и нехотя ответил:

— На прошлой неделе я начал писать новый роман, который будет называться «Оборотни». Задуманные мной события происходят в средневековой Франции, а речь идёт о таких фантастических существах, как волколаки. Но, как вы сами понимаете, почти все географические названия и герои моего произведения вымышлены.

— Вы меня заинтриговали, мистер Кэмпбел. Оборотни — это весьма любопытная тема для сюжета мистического романа. Но когда выйдет ваша книга? Честно говоря, мне уже не терпится её прочесть.

— Надеюсь, это произойдёт в следующем году. Если, конечно, со мной ничего не случится в ближайшие месяцы, пока я буду её дописывать.

Наступила неловкая пауза, затянувшаяся на целую минуту.

Окинув взглядом скромную обстановку рабочего кабинета и висевшие на стенах картины известных художников, Джеймс учтиво кашлянул и тихо спросил:

— Ну так что, сэр, вы поедете сегодня в мою квартиру?

— Как вам будет угодно, — хладнокровно ответил Теодор и снова вытащил из кармана часы. — Ваша проблема меня по-настоящему взволновала, и я искренне хочу вам помочь.

Сейчас пять минут девятого, так что я предлагаю отправиться в какой-нибудь хороший ресторан и как следует подкрепиться перед встречей с вашими призраками. Вы согласны, сэр?

— Ну, разумеется. Тем более, что сегодня я почти ничего не ел. Не было аппетита. А виновата во всём эта проклятая нервозность и впечатлительность. Такой уж я уродился.

Уильямс встал с кресла, отряхнул с лацканов сюртука несколько крупинок табачного пепла и вместе с писателем вышел из кабинета.

Ресторан «Елизавета», знаменитый рыбными блюдами, находился на соседней улице в десяти минутах ходьбы от дома Теодора Кэмпбела. Поэтому джентльмены решили не останавливать экипаж и двинулись по дороге пешком. Тёплая апрельская погода и ясное небо над головой наилучшим образом располагали к такой неспешной прогулке.

Вышколенный метрдотель поприветствовал вновь прибывших господ коротким, полным достоинства кивком головы с лёгким поклоном, и перепоручил их подоспевшему официанту. Тот с ловкостью угря заскользил по залу, указывая путь гостям, и посадил их за свободный столик в дальнем углу.

Уильямс и Кэмпбел заказали сытный ужин и бутылку первоклассного бурбона на двоих. Людей в помещении было много, но их шумные разговоры и звуки механического пианино, лившиеся с маленькой эстрады, не могли помешать увлечённой беседе двух джентльменов.

Сначала Теодор и Джеймс обсудили новинки современной европейской литературы и живописи, а затем — последние научные открытия и технические изобретения.

— Всё это конечно хорошо, — многозначительно заявил Уильямс, отправляя в рот кусочек жареной осетрины, — но не кажется ли вам, что развитие научно-технического прогресса в скором времени застопорится?

Лично я даже не представляю, что ещё нового можно открыть в таких областях науки, как физика и химия или, что нового можно изобрести в той же пресловутой электромеханике.

— Вот тут сэр, позвольте мне с вами не согласиться, — настойчиво возразил Кэмпбел. — В отличие от вас я абсолютно уверен, что в следующем веке на Земле произойдут такие колоссальные перемены во всех сферах человеческой жизни, о которых большинство людей не могут и помыслить. В том числе и вы, сэр, хотя подобные вам молодые люди, напротив, должны обладать более прогрессивными взглядами, нежели мы, старики.

— Я вас не очень понимаю, сэр. Что вы имеете в виду, говоря о колоссальных переменах? Неужто мир сойдёт с ума и встанет с ног на голову? Или, быть может, небо упадёт на землю от взрыва какой-нибудь новой сверхмощной взрывчатки вроде динамита?..

— Вы зря иронизируете по этому поводу, мистер Уильямс. Я мог бы рассказать вам много интересного о том, что ожидает человечество в двадцатом веке, если бы вы поверили мне так же, как я верю собственным снам. Уж не знаю, вещие эти сновидения или нет, но они всегда настолько реалистичны, что мне трудно сомневаться в их провидческом содержании.

Вероятно, я бы не смог стать настоящим писателем, если бы не видел по ночам этих страшных и чудесных снов на протяжении всей своей жизни.

— И что же вам снится, мистер Кэмпбел? Расскажите мне. Я сгораю от любопытства.

Прежде чем ответить, Теодор сделал глоток вина и по привычке задумчиво поджал губы.

— Начну, пожалуй, с воздухоплавательных аппаратов по своим очертаниям схожих с большими металлическими птицами, которые смогут летать с огромной скоростью на тысячи миль. Называть их станут самолётами, хотя управлять ими будут специально обученные люди — пилоты. Эти крылатые машины будут разных видов и размеров, а также различного назначения: военные, гражданские, грузовые. И в процессе усовершенствования они смогут брать на борт от одного до нескольких сотен человек. А расстояние между Англией и, например, Австралией они будут преодолевать всего за одни сутки, и даже быстрее. Представляете?

— Нет, этого просто не может быть! — с недоверчивым изумлением воскликнул Джеймс, — я не верю, что какие-то металлические аппараты с крыльями смогут развивать такую фантастическую скорость. Они ведь будут тяжелее воздуха, а значит…

— Я и не надеялся, что вы мне поверите, — прервал его писатель. — Это и впрямь звучит слишком утопично. Однако, мистер Уильямс, если вы хотите, чтобы я продолжал рассказ, то будьте любезны, воздержитесь пока от всяких комментариев по этому поводу. Хорошо?

— Да-да, конечно, сэр. Пожалуйста, продолжайте.

— Ну так вот, хочу сказать, что в будущем столетии в мире появится множество новых автомашин, которые будут гораздо красивее, удобнее и быстроходнее нынешних самодвижущихся экипажей, о которых мы с вами уже говорили.

Паровозы и корабли претерпят значительные усовершенствования, и во второй половине двадцатого века начнут двигаться за счёт электрической энергии. Впрочем, не везде и не всегда. Основным топливом для различных видов транспортных средств будет являться бензин и другие продукты нефтепереработки. А сама нефть станет цениться чуть ли не на вес золота.