Я посмотрел на мужчин. Оба стонали от боли. Причин убивать их не было. Ведь мне не платили за это дерьмо, поэтому я взял чемодан и перешагнул через них.
И уже собирался закрыть дверь, когда русский с татуировкой демона пробормотал:
– Я заберу ее... И возьму то, что принадлежит мне.
Я повел плечами, похрустел шейными позвонками и поставил чемодан. Вернувшись к мужчине, опустился рядом с ним на колено. Люди из соседних квартир высовывали головы из-за дверей, чтобы выяснить, откуда исходил шум, но мне было похрен.
– Эта шлюха... – бандит кровожадно улыбнулся, – ... стоит того?
– Еще не решил.
– Тогда почему просто не отдать ее нам?
– Не хочу, – пожал я плечами.
– Ты совершаешь большую... очень большую ошибку, – мужчина закашлял кровью.
– Может, ты и прав.
– Ты... – его кровавая улыбка стала шире.
– Говори.
– Я знаю тебя.
– Меня много кто знает.
– Ты... ты Зверь. Мы знаем твое имя. Ты работаешь на Босса, и у тебя на руках кровь трехсот человек.
– И?
– И ты пошел на такое?
– Выходит, что так.
Я ударил русского в висок стволом пистолета.
Покинув квартиру, я хотел поскорее вернутся к Венди и взять то, что мне причитается. Любой другой испугался бы русских. Ей повезло, что я не был таким трусом.
* * *
Судя по тому, как Венди смотрела на меня, можно было подумать, что я зашел в дверь с чемоданом золота. Поставив ношу на стойку, я направился к своему дивану. Сколько времени прошло? Около сорока пяти минут? Я присел ненадолго, затем пошел в ванную, чтобы смыть кровь с одежды. Удивительно, что девушка не заметила кровавые брызги, но опять же все ее внимание оказалось сосредоточено только на чемодане. Умывшись, я вернулся в гостиную. Венди сидела на диване с чемоданом на коленях. Она продолжала смотреть на дверь, и при этом прижала к себе вещи настолько сильно, будто боялась, что русские ворвутся в квартиру и попытаются забрать их обратно.
– За мной не было хвоста, – успокоил я. – Необязательно все время так боятся.
– Это тоже самое, что сказать утопающему «необязательно хватать ртом воздух». Не очень-то помогает.
– Ну, ты не очень-то и благодарна. А чего ждешь? – я сел на стул. – Ты ведь получила свое барахло обратно.
По столу пробежала вереница муравьев. Я раздавил одного большим пальцем и вытер его об грязные джинсы.
– Ты отвратителен, ты в курсе?
– Открывай гребаный чемодан.
Внутри чемодана лежала картина. Она оказалась порвана посередине и прогнута вовнутрь, скорее всего оттого, что я использовал чемодан как оружие.
– О, нет! – заплакала Венди. Девушка повернулась ко мне, будто я должен был извиниться, но это последнее, что я собирался делать. – Как это произошло?