— Ладно, я попробую починить, — сказал я, указав на гаражные ворота.
— Чем я могу помочь?
— Ты можешь войти в гараж и привязать веревку к крюку на стене. Веревка находится над воротами. Я убрал ее туда пару лет назад. Когда я с силой толкну ворота, ты по моей команде загонишь машину в гараж. Все просто.
Гараж выглядел маленьким и тесным, паутина на серых кирпичных стенах напоминала узорчатые обои. Здесь не было ни фотографий, ни каких-то важных вещей. Только безымянные коробки, сложенные друг на друга до самого потолка. Я знал, чем они заполнены… каждая из них… пустыми конвертами. У отца была странная привычка собирать их вместе с пустыми бутылками из-под спиртного. Однажды, будучи еще совсем ребенком, я проснулся от того, что он долбился в дверь моей спальни.
— Лиам! Немедленно отправляйся в магазин! — кричал отец в пьяном угаре.
Споткнувшись, я вышел из комнаты. Я покрылся потом, готовый к родительскому гневу.
— Я устал, папа. Мне не хочется идти в магазин.
— Не ты здесь платишь по счетам. Поэтому тащи свою задницу в магазин и купи мне еще одну бутылку, а не то… — он шагнул ко мне, готовый нанести удар в любой момент. У меня не оказалось другого выбора, кроме как послушать отца и отправиться в магазин, предлагая людям деньги, чтобы те купили мне виски.
Даже в том возрасте я понимал, что у моего отца было не все в порядке с головой. Он часто проводил весь день в постели, подтянув колени к груди, а простыни были мокрые от пота. А если я случайно входил и проверял его, спрашивая все ли с ним в порядке, он вставал с кровати, брал ремень и бил меня, за то, что я его потревожил.
— Лиам! — резко кликнула меня Тесс.
— Что? — спросил я, сосредоточившись на настоящем, прогоняя образ отца из головы.
— Ты готов загнать машину в гараж?
— Да. Готов…
— Лиам! Это ты? Лиам Хантер? Ты вернулся в Аптон!
Мои инстинкты сразу же сработали. Я опустился на колени, схватился за пистолет под курткой и взглянул на соседний дом, на крыльце которого ярко горел свет, освещая само крыльцо и прилегающую территорию. Прищурившись из-за ослепительного света, я увидел, как кто-то шел в нашу сторону.
— Кто здесь?
— Это мисс Джонс! Это я, Лиам!
— Черт, — пробормотал я себе под нос, убрав руку с пистолета.
— Да, это я, мисс Джонс. Можно попросить вас об одолжении?
— Для тебя, все что угодно, Лиам! — воскликнула женщина. Я четко не видел ее лица, только женский силуэт в свете фонаря. — В чем дело, дорогой?
— Можно воспользоваться вашим гаражом?
Глава 18
— Знаешь, все девочки любили Лиама, — сообщила мисс Джонс, поглаживая своего черного кота. Тот сидел у нее на коленях и мурлыкал каждый раз, когда его почесывали за ушами.
Лесли Джонс было уже под пятьдесят, но выглядела она моложе. Строгая вегетарианка со своей точкой зрения во всем. Красивая женщина с худощавой фигурой, одетая в длинное коричневое, струящееся платье. Ее волосы были заплетены в косу, которая доходила практически до пола, а лицо выглядело гладким и безупречным, за исключением глаз и уголков рта. Когда она улыбалась или хмурилась, в этих местах появлялись морщины. Я помню, как соседские дети называли ее красивой леди-хиппи. Прошло больше десяти лет со дня нашей последней встречи, и должен признать, я был рад снова увидеть мисс Джонс.
Мы втроем сидели в ее гостиной и пили кофе. После того как мы надежно спрятали «Мустанг», Тесс и мисс Джонс разговорились и до сих пор болтали. Мисс Джонс никогда не была замужем. Насколько я помню, она посвятила свою жизнь волонтерству. На стенах в гостиной висели ее фотографии из Африки и Индии в окружении детей-сирот, которые улыбались и хватали ее за длинные волосы.
— В самом деле? — спросила Тесс, пока потягивала кофе. — Мне трудно в это поверить, мисс Джонс. Лиам симпатичный и все такое, но он довольно габаритный мужчина…
— Габаритный? — мисс Джонс хихикнула. — По-моему, он вырос очень красивым. Это мое мнение, — черный кот мяукнул, будто согласился с мисс Джонс. — Он с детства такой большой. Это все благодаря тем боям в боксерском клубе, верно, Лиам?
Я кивнул и слабо улыбнулся.
— Помню, когда за восьмилетним Лиамом бегала двенадцатилетняя девочка. Кажется, ее звали Симона. Она в него влюбилась, потому что он был самым высоким из всех мальчиков. Лиам, помнишь, что ты сделал?
— Нет, мисс Джонс, — покачал я головой. — Считаю, прошлое лучше оставлять в прошлом.