— С чего бы вдруг? — искренне удивилась Марина.
— Он не твой, — уверенно заявила Наташа. — Вы с ним всё равно расстанетесь, и уже скоро.
— И почему ты так считаешь? — ммм, это становится интересно…
— Сейчас вы только трахаетесь, и вам вместе хорошо. А что будешь делать, когда он захочет, чтобы ты сварила ему борщ и постирала рубашку?
— Думаешь, захочет? — честно говоря, Марина сказала это, только чтобы потянуть время и сообразить, что говорить и как поступать дальше. Не так она себе представляла эту встречу, ох, не так…
— Захочет, Марин, захочет, — уверенно сказала Наташа. — Вот сама скоро увидишь.
— А ты, значит, и сваришь, и постираешь? — подначила Марина соперницу. Да, точно соперницу. Но кто сказал, что из соперницы нельзя сделать подружку? Надо только постараться… А для начала решить, стоит ли вообще с этим связываться.
— И сварю, и постираю, и сына ему рожу, — приосанилась Наташа.
— У него вообще-то сын уже есть, — выдала Марина, — и дочь ещё. Человек был женат, теперь живёт сам по себе и ему так неплохо.
— Ерунда, — Наташа не испугалась, — ещё будет. Уж я постараюсь!
— У вас в Зухове все такие? — деловито осведомилась Марина.
— Какие? — не поняла Наташа.
— На всё готовые, чтобы найти мужика, с которым можно в Москву слинять, — Марина решила пойти на обострение.
— Ой, Мари-и-ина, — Наташа пьяненько захихикала. И это с полфляжки коньяку? Слабовата девочка на алкоголь… — Ты сама скоро увидишь, что с нашей жизнью тут в Зухове никакая Москва на фиг не сдалась! Мне Павел нужен, а где с ним жить — в Москве или здесь — по барабану!
— А что ты, Наташ, мне-то это всё рассказываешь? — усмехнулась Марина. — А не ему самому?
— Ну… Договориться с тобой хочу, — Наташа, кажется, не могла взять в толк, что такого непонятного остаётся тут для Марины. — Чтобы и ты с ним разошлась по-спокойному, без скандалов, и мы с тобой зря не собачились.
— То есть ты уверена, что если я отойду в сторону, он прям сразу к тебе кинется? — удивилась Марина.
— Марин, ну он же мужик. Му-жик, — с нажимом и отчётливо повторила Наташа. — А мужику по фиг, кого трахать, лишь бы давала и красивая была. Я дам. Я красивая. И ему нравлюсь, сама помню, как он меня разглядывал вчера.
— Ну да, ну да, — покивала головой Марина. — Только вот ты-то не его разглядывала, а меня. Не расскажешь, почему?
— Интересно было, что в тебе такого, что он с тобой…
— Да? — Марине тоже стало интересно, как Наташа видит её со стороны. — И что же во мне такого?
— Ох, Марин, ты уж меня прости, но ты два раза на букву «Б»: бабская вся и блядская, — Наташа ответила не сразу, видимо, продумывала, что сказать. — А мужикам такие нравятся. Пока не дойдёт до борща и рубашек.
— Ну вот, — Марина деланно обиделась. — А я-то думала, понравилась тебе…
— Ну понравилась, да, — призналась Наташа. — Я бы сама на месте Павла с тобой…
— На месте Павла? — Марина одарила Наташу широкой хищноватой улыбкой. — А на своём месте не хочешь со мной?
—Ты что?! — оторопела Наташа. — Извращенка!
— Ну тогда, может, я с тобой? — Марина придвинулась к Наташе и положила ей руки на плечи.
— Совсем охренела?! — Наташа попыталась сбросить руки Марины, но у неё не получилось. — Ручонки свои убери!
—Ты, Наташ, с моими-то ручонками давай повежливее, — Марина уже вовсю нахально тискала и оглаживала Наташу, — они-то Пашу в таких местах трогают, о которых тебе только мечтать и мечтать…
— Ну ты и сучка… — только и смогла сказать Наташа. А потом Марина запечатала её рот поцелуем, и звуки раздававшиеся в кабинете старшего дежурного администратора Кушнарёвой Н.М., полностью утратили всякое сходство с членораздельной речью…