Земля незнаемая: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Выпрягай коня из сохи, оратай, поспешай в ополчение!

Народ слушал и расходился. Нет у киевлян охоты за Святополка биться, но как не пойдёшь, коли следом за бирючами в каждую избу заходили уличанские старосты, грозили:

— В ответе будешь, ежели не явишься! — И назначали место сбора.

Бояре сходились со своей челядью, конно, приоружно.

День и ночь звенели молоты в Киеве, горели костры на Подоле и за крепостной стеной. Немалую рать собрал князь Святополк.

Передовой дозор из большого полка воеводы Добрыни далеко оторвался от своих. Десяток гридней с запасными конями на поводу ехали один за другим лесом, то и дело вслушиваясь, не треснет ли где ветка, не заржёт ли чужой конь…

На опушке леса придержали коней, вгляделись. Безлюдная степь горбится холмами, покато спускается к Днепру. Десятник бросил коротко:

— Трогай!

Скачет дозор берегом, горячий конь под Провом идёт легко, изогнув дугой шею. Свежий ветер хлещет Прову в лицо, назойливо лезет под железный шлем. За многие сутки грудь под броней устала, просит отдыха. Расстегнув кафтан, Пров размял плечи.

Конь неожиданно прянул в сторону, захрипел. Пров потрепал его по холке, успокоил. Гридин рядом сказал:

— Зверя учуял.

Они подъехали к Днепру, дождались, пока кони остынут, потом пустили в реку, напоили. Сами пили, черпая студёную воду пригоршнями, умылись, отёрлись рукавами — и снова в седла.

Отводя рукой стегавшие по глазам тугие ветки, въехали в небольшой лесок. Под копытами затрещал сухой валежник, испуганно захлопала крыльями птица, без умолку трещала в кустах сорока.

Уставившись в гриву, Пров размечтался…

С зимы он в дружине князя Ярослава и с той поры редко видит Кузьму. Вот и теперь Кузьма на княжьей ладье плывёт, а он конно. На привалах тоже порознь.

— Стой! — нарушил его думы негромкий голос десятника.

Пров потянул повод на себя, приподнялся в стременах. Лес закончился, а вдалеке, сколько видели глаза, темнели полки киевлян…

— А Святополк полки свои выставил так: в челе воевода Блуд с большой дружиной и полками правой и левой руки, а крыла держат ополченцы, — говорил воевода Александр.

Разведав всё самолично, он начертил остриём стрелы на береговом песке план построения киевлян.

Ярослав, Добрыня, Гюрята и одноглазый ярл Якун слушали не перебивая. Наконец, когда Попович закончил рисовать, Ярослав спросил:

— Святополк с Блудом?

Вытерев конец стрелы о мягкую кожу сапога, Александр ответил:

— Свой шатёр Святополк разбил за ратниками на холме, а с ним вместе засадный полк. Но то не в счёт, малочислен он у него.

— Видно, замыслили смять нас одним махом, — подал голос Гюрята.

— Что скажете, воеводы? — поднял голову Ярослав.

— Я с моими викингами буду биться против Блуда, — резко сказал Якун и, поправив чёрную повязку на глазу, замолчал.

Не спеша, взвешивая каждое слово, повёл речь Добрыня:

— Ежели ярл Якун хочет быть в челе, то пусть будет по его. А с викингами, мыслю я, надобно поставить тысяцкого Гюряту с его новгородцами. Мы же с воеводой Александром на правом и левом крылах станем и будем биться без засады, негде её укрыть.

Когда бой начнём, новгородцы-молодцы, по прошлому знаю, вместе с викингами устоят удару Блуда, вымотают, а мы тем часом сомкнём крыла. Думаю, не выдержать пешим горожанам и смердам против наших конных гридней. А как потесним киевлян и те побегут, тут мы Блуда со Святополком и охватим кольцом.

— Умно задумал воевода Добрыня, — поддержал Гюрята.