Фантомная боль: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По утрам отец работал, а днем мы с ним ходили в кино. Часто мы смотрели по нескольку фильмов за день, некоторые по два или даже по три раза.

Вот мои первые детские воспоминания: мы с отцом бежим с сеанса на сеанс, а моя мать тем временем лечит пациентов, разговаривающих со стеной.

Мой отец был писателем. Я уважаю литературу и писателей даже меньше, чем я уважаю мужчин. Ребенок, выросший на кухне ресторана, скорей всего тоже будет иначе смотреть на рестораны, чем все остальные. А сын стекольщика никогда не увидит кусок стекла глазами несведущего любителя.

Все считали, что мой отец работает над главной книгой своей жизни, а я, сидя на полу возле его ног, перебираю игрушки. Но в действительности он писал письма: письма мне, в контору по газоснабжению, в банк, Пустой Бочке, тем людям, которые, по его мнению, собирались его облапошить, и даже посторонним, с которыми он познакомился в кафе и хитростью сумел выманить у них адрес.

Позже, когда его издатель уже начал терять терпение, отец, не спросив у меня разрешения, опубликовал письма ко мне под названием «Письма к Харпо».

Свое первое письмо мне он написал, когда мне не было еще и пяти месяцев.

Это первое из примерно пятисот адресованных мне писем, которые мой отец позже, из-за наступивших денежных затруднений, выставил на аукцион. Правда, он пообещал мне, что через пару месяцев он их для меня выкупит.

С шести лет отец стал таскать меня с собой в кафе, бары, кофейни и холлы гостиниц. Мы встречались с разными людьми. Почти всегда это были женщины.

Однажды мы покупали для какой-то женщины платье. У нее были длинные вьющиеся волосы каштанового цвета, и каждые пять минут она бросалась моему отцу на шею. Он просил меня называть ее тетя.

Мы заходили в разные магазины. И везде она мерила платья. Мне это надоело. Я хотел домой. Но отец сказал:

— Присмотрись внимательно — это поучительно.

Позже, по дороге домой, я спросил:

— Зачем ты купил этой тете платье?

— Как, разве ты не понял? — удивился мой отец. — Ей срочно понадобилось летнее платье.

В тот день мой отец написал мне:

Вечером за ужином я рассказал маме, что мы купили платье.

— О боже! — воскликнула она. — Наверное, опять для Пустой Бочки!

Так моя мать впервые упомянула при мне Пустую Бочку. О том, что она так раскипятилась по поводу Пустой Бочки во время моего обрезания, я знаю только из рассказов моего отца. Правда, порой мама отпускала замечания вроде «это чучело» или «эта тролльчиха», но всегда при этом она имела в виду одно и то же лицо.

— Зачем ты таскаешь нашего ребенка к Пустой Бочке? — закричала мама, отодвигая от себя тарелку с моцареллой.

Я уверен, что это был именно сыр моцарелла, она его обожала и заказывала себе едва ли не ежедневно.

— А где, по-твоему, мне его оставлять? — закричал мой отец. — По-твоему, я должен был отправить его в сумасшедший дом? Хватит и того, что у ребенка дурдом в собственной квартире!

— Я не хочу, чтобы наш ребенок встречался с Пустой Бочкой, — твердо заявила мама. И сильно ущипнула отца повыше локтя.

— Они и не встречались, — остроумно парировал отец. — Пустая Бочка не обращала на ребенка никакого внимания.

— Тем хуже! — завопила мама. — Нельзя не обращать на детей внимания. Это просто позор, что она не уделила Харпо хоть чуточку внимания.

Из моего рассказа напрашивается вывод, что мои родители, несмотря на свое довольно высокое социальное положение, оба были немного не в себе.

— Эта тетя тебя игнорировала? — обратилась ко мне мать.

Тетя была целиком поглощена покупкой нового платья, но я счел за благо об этом не распространяться.

— Да нет, все нормально, — пробормотал я.

— Я не хочу, чтобы наш ребенок еще когда-нибудь виделся с Пустой Бочкой, — заявила мама и снова так сильно ущипнула отца за руку, что у того тут же налился синяк.

Мой отец ответил громко, на весь ресторан: