Конец времен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

1 часть: Студенты

Самая прекрасная пора – это студенческая жизнь. Мне кажется, что никакие годы так безоблачны, интересны, полны жизнью, как эти пять лет.

Я сидел за партой, подперев подбородок, болтал ногой и рассматривал нашу группу. Когда я поступал на исторический факультет, мне казалось, что я буду одним парнем среди девчонок. Но оказалось не так: нас было примерно поровну. Мой взгляд скользнул на группу ботаничек, возглавляла которую Татьяна. Она строила из себя такую приличную римскую матрону, что трудно было представить, как она с голой попой расхаживала перед одним из одногруппников, умудрившемся ее соблазнить.

Мой взгляд проследовал далее и наткнулся на Диму. Дима…высокий, худенький, с большими голубыми глазами…вай, как сказал бы Арсен, с которым он сейчас разговаривал! Но да, Арсен бы такого не сказал, так как был сыном своего племени и глубоко убежденным натуралом. В компании с ним нельзя было косо смотреть на девушек, плохо о них говорить, а тем более быть лояльным к геям, коих он готов был лично собрать в актовом зале и сжечь на костре.

Я еще раз посмотрел на Диму и мечтательно вздохнул. Наш истфак славился прогрессивностью и широкими либеральными взглядами. Среди студентов и преподавателей было много геев и лесбиянок, однако я открыто решил не заявлять о своей ориентации и вообще сидел за одной партой с Аней, сисястой русской блондинкой, невысокого роста и с голубыми глазами. Теперь, пока я смотрел на Димочку и представлял, как зажимаю его в туалете для поцелуя, Анечка смотрела на меня и вздыхала, представляя, как она зажимает меня в туалете, для…ну в общем, не будем об этом.

Почему-то мне стало крайне неприятно находится рядом с ней и вообще она меня раздражала, но тут было безопасно пялиться на других парней и было удобно скрывать свои мысли, поскольку все вокруг считали нас парой и думали, что мы встречаемся и у нас огромная любовь, тьфу!

Мой взгляд заскользил дальше по группе, и он наткнулся на Станислава. Стасик, как ты меня ненавидишь, а ведь на прошлом курсе мы были с тобой закадычными друзьями, много вместе проводили времени, гуляли, сидели за одной партой. Я был у него в гостях, а он у меня. Ревность – страшная штука. Из – за нее начинались войны, происходили убийства, портились отношения. Так и у нас произошло. Не знаю, что взбрендело Стасу в голову, но в один прекрасный или идиотский день, называйте как хотите, он подумал, что я покушаюсь на его подругу Оленьку. Немного полноватая, раскосая татарка Оля была вообще не в моем вкусе. Самое обидное, что если бы наступил конец света, и мы бы остались последними на этой грешной земле, я никогда бы не переспал с ней, даже ради продолжения человеческого рода. И даже просто не подрочил ей в ладошки, чтобы она продолжила род без меня!

"Стас! Я гей! Я люблю высоких и стройных парней! Малыш, я бы скорее взял тебя на том биллиардном столе, на котором ты давеча брал очередную свою подружку, за спиной у Ольги, конечно." Но я не мог так ему сказать, а потому пришлось прекратить наше приятное общение. Нет, я не испытывал к нему чувств и не хотел бы с ним отношений, тем более он был натуралом. Но, я бы очень хотел продолжать общаться с ним, поскольку мне нравилась наша дружба.

Думаю, что парню гею все равно нужно общаться с натуралами в здоровой такой мужской компании. Мужчине идет, когда он выглядит и ведет себя как парень, а не как манерная цирковая сучка.

Стас посмотрел в мою сторону, слегка хмыкнул и отвернулся. Вот дурак какой глупый! Разрушил нашу дружбу на ровном месте и бездоказательно! Однако повод все-таки был – его Оля, которая сейчас откровенно пялилась на меня и стреляла своими раскосыми глазами с большими ресницами в мою сторону. "Ну что тебе нужно от меня? Что ты смотришь на меня, глупая, вообще уйди отсюда, ты загораживаешь мне вид на Сережу!" – подумал я и улыбнулся ей слегка, чтобы быть вежливым. Наверное, именно моя вежливость и такие взгляды привели Стаса ко мнению, что Ольга изменяет ему со мной. Я боялся ему признаться, что я гей, наверное, это было бы хуже, чем потерять дружбу, поскольку Стас показал себя за этот год откровенным треплом и завистником. Мне думается, что о моей тайне узнал бы весь ВУЗ, признайся я ему.

Сережа, Сереженька, мой мальчик золотой! Не знаю, почему при виде его мое сердце замирало в груди, и я начинал себя вести совсем неадекватно! Парень был, как мне сначала показалось, совсем не в моем вкусе: мне нравятся высокие парни, а он был среднего роста. Мне нравились светленькие, а он был темным. Меня привлекали спортивные пацаны, а он был просто худой. Кроме того, он был тихий и почти ни с кем не общался. А на меня смотрел вообще как-то по – волчьи. Было чувство, что я его чем-то обидел, или задел, хотя я такого не делал.

Этот парень имел какую-то внутреннюю харизму, меня влекло к нему. Я не мог поднять глаз к его глазам, когда смотрел на него, потому что меня привлекали его губы. Они были плотные и полные, правильной формы и с такими точно очерченными краями, что невозможно было оторвать от них взгляд. Иногда он проводил по ним языком и мне срочно требовалось сбежать куда-нибудь в этот момент, чтобы сдержать порыв броситься к нему и начать целовать эти губы и ласкать этот язычок.

Я многие вечера представлял, что мы будем вместе, что нам так сладко и хорошо, что весь мир останавливается и ждет, пока мы насладимся друг дружкой. Я не знал, как ему намекнуть о своих чувствах, как выразить их. Может написать ему записку? А что, если мои чувства окажутся безответными, что, если у него есть девушка или он натурал? Еще больше меня пугала мысль о том, что он посмеется надо мной и всем расскажет, что я голубой дурак! Хотя последнее было маловероятно. Серега не был похож на того, кто раскрывает секреты и болтает по пустякам. Точнее он вообще не болтал. За прошедший год я слышал его голос только на экзаменах и то тогда, когда я оказывался в одной пятерке сдающих вместе с ним.

Было странно, что он ни с кем не общается и вообще настроен на какую-то свою волну. Мне не было известно, что его интересовало, чем он увлекался.

Хотя был такой случай. Как-то раз я сидел в институтской библиотеке на первом этаже и готовился к очередному семинару по истории Древней Греции. Мне нравился этот предмет, и я постоянно к нему готовился, в отличие от других дисциплин. Меня привлекали нравы древних греков, нравится их внешность, язык, культура. Они были воистину свободными и выражали свои мысли и желания так, как того хотели, без оглядки на общество. А оно, в свою очередь, многое принимало…

Я задумался. У меня было богатое воображение, и оно живо представило, как я плыву на корабле в Трою, спасать честь Агамемнона, как прыгаю на берег и несусь с копьем к стенам золотого города, как врываюсь в него и убиваю воинов, стоящих на моем пути, а потом получаю его богатства и молодых рабов… В этот момент ко мне подсел Серега с огромной художественной книгой. Мои мысли прервались. Мне стало интересно, что он читает, но увидев обложку я понял немного разочаровавшись, что это была фантастика, которую я не мог переваривать, что-то про конец света и зомби. Странно было другое, что парень просто утонул в этой книги, я первый раз видел, как душа человека улетела из его тела, оставив этот грешный мир. Он точно сейчас находился не в этой комнате. Я бы даже поспорил на то, что, если бы я сейчас встал и поцеловал его, он бы не обратил на это внимания и продолжал бы увлекательно читать. Такой зайка! Боже мой!

Продолжая разглядывать класс, мой взгляд нехотя оторвался от Сереги и заскользил дальше. Я уперся в Катю, точнее в ее живот. Какой надо быть дурой, чтобы забеременеть на втором курсе? Она что думает, что с ребенком будет легче сдавать сессию? Ну с пузом то да, она подгадала вообще вовремя, поскольку сейчас конец весны и скоро наступит долгожданная сессия, автоматы по которой беременная Катя заслужит своим большим выпирающим животом. Ну кто из преподавателей будет рисковать будущим ребенком, нервируя беременную? А для тех, кто все же рискнет, всегда есть в запасе козырь о том, что стало плохо или "ой, у меня воды отходят!", в общем тут все понятно.

Она мило беседовала с Денисом. Дениска, славный маленький гей, худой и маленького роста, гей активист. Он готов был обмотаться радужным флагом и прийти в институт с надписью на лбу "я – гордый гей!". Очень манерный, чрезмерно вычурный и наглый, себялюбивый и неприятный тип. Никогда не думал, что наш брат будет вызывать у меня в душе стойкое неприятие. Мне не хотелось его, я не желал его обнимать и целовать, меня не тянуло к нему.

Вообще я никогда не был влюблен в парня и тем более не встречался с парнями. Моя первая любовь в шестнадцать лет была девочкой, лет на восемь старше меня. У нас были платонические отношения, кроме того, у нее были другие интересы, ей просто нравился молодой, стройный и высокий парень с красивым лицом, который бегал за ней и оказывал знаки внимания, дарил цветы. Ее не заботило, что она может ему сделать больно, что, собственно, и произошло, когда она в один из вечеров напилась пьяная и пошла трахаться со своим бывшим парнем на глазах у меня. Я пытался ее остановить, на что получил такой ответ: "Ты еще слишком маленький, малыш! Иди домой!". Она поцеловала меня в лоб и ушла на потрахушки, а я поплелся домой с разбитым сердцем и уговором, что больше никогда не буду мутить с девчонками.

С парнем у меня тоже не было отношений и близости, я не целовался никогда, но почему-то был уверен, что мне будет очень приятны мужские губы и язык…

Я много раз себе представлял, какого это с парнем, ну, ходить за руку, обниматься и целоваться. Какого это ощущать, когда ты счастлив и на своем месте со своим человеком. Я думал, что это и есть счастье, любовь, в общем все прекрасные чувства, которые только могут быть вместе взятые.

Из размышлений и разглядываний меня вырвал резкий и противный звонок на пару. К своему удивлению, я обнаружил, что больше половины группы исчезло и нас осталось совсем немного. Зашел лектор и начал свое течение скучный час…

2 часть: Начало

Течение скучной пары прервал резкий пронзительный звук. Меня он вырвал из сонного оцепенения лекции. Металлический женский голос провозгласил пожарную тревогу. Профессор приказал нам остаться в аудитории и пошел выяснить что к чему. Я никогда не предполагал, что такое может случиться.

Мы сидели ввосьмером и смотрели друг на друга. Стас как обычно начал морить дурацкие шуточки. Я устало посмотрел на него и хотел уже сказать ему какую-нибудь гадость, но мой открывшийся рот прервал дикий крик и стон, раздавшийся из коридора. Вся восьмерка замерла и тупо уставилась на дверь, я не растерялся, вскочил и подбежал к двери. От ее резкого распахивания меня остановили крики людей и возня прямо за дверью. Слегка приоткрыв дверь, я увидел нашего профессора, лежащего на полу в луже собственной крови, он держался за горло и смотрел на меня огромными не мигающими глазами. Наверное, мои глаза в этот момент были не меньшего размера… Только губами он прошептал мне "спасайся".

Я резко захлопнул дверь и защелкнул замок. Наверное, это была единственная аудитория в корпусе, которая закрывалась на замок изнутри, что меня чрезвычайно порадовало. Я повернулся к ребятам и сказал, что нужно забаррикадироваться. У меня перед глазами стояли большие глаза профессора, я плохо соображал, и всю эту картину дополняли крики и топот людей за дверью, звуки борьбы и возня.

– Что здесь происходит? – заорала Аня. Я только лишь смог приложить к губам палец,

показывая всем, чтобы они говорили тише. Таня и Катя посмотрели на меня недоуменно:

– Что это – сон?

– Не знаю, может быть… – Это все что я промямлил.