Мы шли кривыми улочками вдоль невысоких старинных домов, а мои мысли кружились вокруг этой идеи, пока Катька не остановилась со словами:
– Пришли.
На стене дома перед нами красовалась зеленая вывеска «Джаганнат». Справа горела табличка явно мясного заведения Burger Heroes. Я проглотил слюну и отвернулся. А вообще, забавное соседство. Так и хочется вспомнить о балансе. Убрали мясо в одном ресторане здорового питания – и рядом появился откровенно мясной фастфуд. Баланс и контраст, наверное, и есть основа всего в этой жизни.
Прямо перед нами в дверь проскочила хиппового вида парочка. Цветастая юбка девушки доходила до самого пола и вздымалась волнами при каждом шаге, открывая потрёпанные кеды. На парне красовались штаны вроде тех, что я видел сегодня на йоге, и расписная футболка. В длинных русых волосах у обоих пестрели вплетённые ленты. Я тут же потерял всякую надежду нормально поесть и рассчитывал, что в этом славном заведении меня хотя бы не отравят.
Внутри оказалось атмосферно: маленькая Индия. Деревянные столы, стулья с резными спинками, картины на стенах и полочки со всякими побрякушками. Антураж чем-то напоминал “Белые Облака”, где мы встречались с Коляном. В воздухе висел специфический запах то ли благовоний, то ли специй.
Еда, кстати, была вполне приличного вида. В кафешке устроили что-то вроде самообслуживания: на стеклянной витрине разложили пироги с сыром и шпинатом, какие-то салаты и даже сосиски. Вегетарианские, наверное. Мы взяли подносы и пошли выбирать еду.
– Катька, а вегетарианцы скучают по мясу? – спросил я, положив на тарелку одну псевдососиску. На пробу.
– Что? – девушка удивленно изогнута широкие брови. – Ну, может кто-то и скучает. Ненастоящий вегетарианец. А почему ты спрашиваешь?
– Так вот оно, как раз для таких! – я ткнул в бледное сосископодобное доказательство, занявшее место рядом с куском пирога у меня на тарелке. – Иначе зачем делать сосиски из… из чего они, кстати, сделаны?
– Из сои наверное, – Катька скинула на поднос морковный салат и какую-то многослойную зелёную крокозябру. – Лучше положи обратно, мясоедам такие не нравятся.
– Мясоедам?! – я аж рот открыл. – Это что ещё за классификация? Это вы – травоеды. Я себя в пище никак не ограничиваю! Я всё ем!
Катька бодро заспешила к кассе, сделав вид, что не слышала моего возмущения. Вот так всегда.
Мы заняли свободный столик в глубине зала. Еда оказалась не такой уж и плохой. Не думал, что из травы можно столько всего приготовить.
Катька доела и удалилась в дамскую комнату. А я, привалившись к спинке стула, стал разглядывать посетителей в зале. За столиками питались травоядные всех мастей, худые и не очень, и обычные на вид городские жители, в толпе не отличишь, и хипповые йоги. Или кто они там? За большими окнами в дальнем конце зала стемнело, и лампы над столиками засияли чуть ярче.
Отступившая было за день тревога вернулась и стала скрести душу. Конечно, у меня есть маска и, наверное, защита йогского эгрегора. И всё это, возможно, сработает. Но как же меня достала эта проклятая ведьма!
– Да чтоб ты второй раз сдохла, стерва, – вздохнул я и обхватил голову руками.
Казалось, я произнёс это тихо, но меня всё же услышали:
– Нельзя желать другому зла, – пророкотал за спиной чей-то голос.
Я открыл глаза и встретился взглядом с индусом. Тот внимательно изучал меня зелёными глазами-пуговками. На голове у него было намотано сооружение из разноцветных платков. Одежда, напротив, выглядела просто и незатейливо: оранжевые широкие штаны из грубого полотна и такая же рубаха.
Индус улыбнулся, погладил черную бороду и, скользнув мимо меня, сел напротив. На Катькино место.
– А если этот другой желает зла тебе? – спросил я.
– Всё равно нельзя, – покачал головой индус, и его губы сложились в грустную полуулыбку. Он смотрел с состраданием, чуть прищурив глаза и оперев подбородок на пухлую руку.
Легко, конечно, ему философствовать, это не его ведьма уделать пытается.
– А мне кажется можно. Враги – они и есть враги! – заявил я, надеясь отвязаться от собеседника.
– Тебе не хватает света, – индус улыбнулся, и в его зелёных глазах заплясали искорки. – Внешние враги лишь отражение врагов внутренних. Запомни: что внутри, то и снаружи. В этих словах заключена великая истина.
За окном окончательно стемнело, и лампа на столе бросала на лицо моего собеседника причудливые тени. Он стал похож на одного из индийских богов, многочисленные статуи которых были расставлены повсюду в специальных нишах.
– Эта философия, конечно, прекрасна, – ответил я раздражённо. – Но бесполезна в борьбе с реальными врагами.
Беседа начинала мне надоедать, но прогнать индуса казалось слишком невежливым. Я оглянулся: не идёт ли Катька.
Индус встал, видимо осознав, что я не расположен его слушать:
– Мира тебе.