— Полная. — Траст, не по уставу, дёрнул плечами.
— Старт через тысячу после меня. — Заговорил Лет хриплым, скрежетащим голосом. — Надеюсь, считать умеешь. Стыковка через два часа после старта.
Ткнув пальцем в клавишу прерывания связи, Лет взялся за флиппы — дифферент в очередной раз вздрогнул и качнулся, его мелкая дрожь исчезла, здание космопорта поползло вниз и вскоре растворилось в лёгкой утренней дымке; в верхней части экрана пространственного терма проступили первые блёстки далёких и таких манящих звёзд…
13
Лет, с гримасой ужаса на лице всматривался в экран пространственного терма, на котором отображалась, практически, полностью разрушенная перерабатывающая фабрика толлонов на Фабре. Вместо огромного приземистого здания серого цвета, на экране отображались почерневшие руины. Космодром рядом с фабрикой тоже был изуродован и место для посадки было теперь достаточно далеко и смогут ли там разместиться четыре больших космических корабля, у Лета были сомнения. Атмосфера над фабрикой была прозрачна и руины были видны в своём полном ужасе. Перед Летом замаячила перспектива — остаться здесь навсегда, так как оставшегося в контейнерах дифферента ратана не хватит даже и на полпути до Вирты. Грузовик отцепился от него десять суток назад и Лет, тут же подняв скорость дифферента, ушёл от грузовика, чтобы оценить возможную степень риска оставшегося пути, чтобы в случае опасности было хотя бы немного времени для принятия какого-то решения. Но видимо грузовик за эти дни отстал прилично, так как на экране пространственного терма его не было. Где была пара крейсер — грузовик, Лет даже не представлял, так как вскоре после старта они исчезли с экрана пространственного терма. Скорость крейсера едва достигала шести скоростей света и раньше, чем через пару лет ожидать их прибытия навряд ли было возможным.
Капитаном «Вояра» был Шпин и потому Лет был совершенно спокоен за его благополучное прибытие.
Лет отклонил флиппы и дифферент пошёл вниз. Описав вокруг фабрики круг и не найдя ничего утешительного, он выбрал наименее разрушенную, но наиболее близкую к руинам часть космодрома и осторожно опустил дифферент на тёмную матовую поверхность. Качнувшись, космический корабль замер.
Не представляя, что здесь произошло, Лет, перевёл системы дифферента в дежурный режим, тем самым минимизируя время старта, если, вдруг, возникнет угроза его целостности, поднялся и направился в ангар, освобождать левет от креплений.
Выведя левет наружу, он опустил его рядом с модулем управления, опустил трап, зашёл внутрь, закрыл большой люк, чтобы исключить всякий ненужный риск и выйдя наружу, поднял трап и вернувшись в левет, повёл его в сторону разрушенной фабрики.
Вблизи руины выглядели ещё ужаснее. Проломы в стенах и потолке были настолько огромны, что в них свободно проходил левет, без опасности за что-либо зацепиться. Установки по обогащению криила представляли собой нагромождения искорёженного металла, рядом с которыми валялись изуродованные хорвесторы и траки, будто поломанные детские игрушки.
Хаара! Кто это мог сделать? Скользили у Лета тревожные мысли. Неужели кроканы вернулись? Но почему тогда не стали ждать, когда за ратаном придут грузовики, чтобы и их уничтожить? Ведь, если судить по тому, что ветер и песок ещё не тронули развалины эрозией, это произошло сравнительно недавно, три-четыре года назад. А может ждали-ждали и не дождались? Ведь гиттов не было здесь более двадцати лет. А если не ушли, а затаились где-то в астероидном поясе, как в прошлый раз, когда сюда приходил отец? Среди этих железных камней их никакой пространственный сканер не найдёт. Сколько их может быть: десять; двадцать? Но почему меня не атаковали? Но у меня же их дифферент. Неужели не полюбопытствовали, что он здесь делает? А если считают, что он не может быть им помехой и терпеливо ждут подхода других кораблей, не похожих на дифферент? Но ждать можно десятилетия и не дождаться. Нет! Лет мотнул головой. Что-то здесь не так. Не могли кроканы разрушить обогатительную фабрику. У них ведь те же самые конверторы, а красный песок очень редок. Уничтожить чужие космические корабли — да, но разрушить обогатительную фабрику — это уже чересчур. Но если не кроканы, то кто? Ещё одна галактическая раса, которой не нужен красный песок? Возможно! Лет механически кивнул головой. Но если они уничтожили обогатительную фабрику, значит пришли сюда, отнюдь, не с дружескими намерениями. И куда ушли? В астероидные поля? Навряд ли. Лет покрутил головой. Искать тех, кто построил эту фабрику? А скорее всего всех подряд, кто попадётся. И что теперь? А что теперь. Нужно пытаться восстанавливать обогатительные установки и добывать ратан, иначе все здесь останемся. Навсегда!
Он увидел впереди достаточно ровную площадку и направил левет к ней. Повесив левет посреди площадки, он закрутил головой по стёклам летательного аппарата, осматриваясь.
Небольшая часть фабрики была не разрушена. Причиной тому, скорее всего были несколько колонн, стоящих рядом и поддерживающих крышу, отчего она в этом месте имела повышенную прочность. Лет повернул левет вокруг своей оси. Насколько он видел с этого места, таких групп колонн поддерживающих крышу было четыре, но обогатительная установка стояла лишь около одной группы колонн. Он направил левет к ней.
Площадка вокруг этой группы колон была завалена осколками крыши. Крыша здесь была разрушена даже в большей степени, нежели над предыдущей группой колонн, даже левет некуда было посадить, но над обогатительной установкой она была не разрушена, а лишь лопнувшая и большой её кусок, свесившись на металлических стержнях, лёг на накопитель обогатительной установки, слегка примяв его. Основная же часть обогатительной установки выглядела вполне сносно, если не считать вмятин на её корпусе, видимо полученных от отскакивающих от пола, упавших вниз обломков крыши. Вплотную к обогатительной установке стоял ховестор, с камнем в боку, но его накопитель выглядел, хотя и испещрённым вмятинами, но без видимых пробоин.
Найдя неподалёку более-менее, свободную от камней площадку, Лет аккуратно опустил левет и открыв двери, выпрыгнул наружу и тут же состроив гримасу, замахал руками перед лицом, разгоняя поднятую с пола пыль.
— Фу-у-у! — Выдохнул он шумную струю воздуха.
Дождавшись, когда пыль немного осядет, он, аккуратно ступая, чтобы фонтаны пыли были не слишком высоки, направился к хорвестору.
Камень в двери хорвестора держался не прочно и едва Лет шевельнул его, он тут же выпал, обдав Лета фонтанами пыли и заставив мысленно выругаться от своей беспечности. Став на камень, Лет попытался открыть искорёженную дверь грузовой машины, но её, видимо заклинило и она не поддалась. Тогда он попытался оценить пробоину в двери, чтобы через неё пробраться внутрь хорвестора, но она была, явно, мала для него. На удивление, стекло в двери осталось целым. Аккуратно сойдя с камня, Лет осмотрелся и увидев небольшой камень, шагнул к нему, поднял и размахнувшись, запустил его в стекло искорёженной двери — громко дзинькнув, камень улетел в сторону и упав, заскользил по полу, поднимая за собой шлейф пыли. Стекло грузовой машины оказалось гораздо прочнее, приложенной силы. Перед Летом замаячила неприятная проблема: дверь, через которую можно было проникнуть внутрь хорвестора была недоступна, через которую можно — заклинена. Повернувшись и потирая лоб, Лет направился к левету.
Лазание по багажнику летательного аппарата ни к чему не привело — он был, практически, пуст: кроме запасного контейнера для движителя и нескольких маяков в нём ничего больше не было. Отправив в адрес гиттов несколько нелестных эпитетов, он закрыл багажное отделение летательного аппарата и опять направился к хорвестору.
Багажное отделение грузовой машины было под накопителем и даже дверь отделения была со свободной стороны, но на ней был механический запор, который отпирался набором специального механического кода, который Лет не знал.
Погримасничав, он высвободил своё поле и ввёл его внутрь хорвестора: энергополе аккумулятора нашлось сразу, но энергоцепи, соединяющие его с пультом управления грузовой машины отсутствовали, скорее всего, они имели какой-то механический прерыватель. Лет пришёл в негодование.
Немного поразмышляв, он пришёл лишь к одной мысли: попытаться отодвинуть хорвестор от обогатительной установки с помощью прямого воздействия на него левета. Глубоко вздохнув, он направился к носу хорвестора: он не хотел толкать его сзади, опасаясь повредить накопитель. Зайдя вперёд, он остолбенел: трос, который он искал уже уйму времени, был аккуратно намотан на верхнюю часть лопаты хорвестора.
Всё же и с пустым накопителем хорвестор оказался достаточно тяжёлым и Лету пришлось изрядно издёргать левет, чтобы отодвинуть грузовую машину от обогатительной установки.
Дверь хорвестора и с другой стороны тоже была изрядно измята, но едва грузовая машина отодвинулась от стены, она открылась и закрываться больше не хотела, так как оказалась сильно вогнутой, но Лета это вполне устраивало.
Забравшись внутрь хорвестора, он принялся за поиски этого самого механического прерывателя. Лазить долго не пришлось — он оказался под креслом водителя. Лет нашёл его случайно — пытаясь отрегулировать геометрию кресла, дёрнул за какой-то рычаг под ним и это оказался тот самый прерыватель — пульт управления хорвестора тут же расцветился разноцветьем индикаторных панелей.
Лет, сам не зная откуда, но знал, как работают многие машины и агрегаты толлонов. Скорее всего и эту информацию в его информационном поле оставил отец, и Лет периодически находил её, искренне удивляясь её присутствию.
Принципы управления различными летательными аппаратами и авто толлонов были похожи и Лету без труда удалось заставить хорвестор двигаться. Но пройдя несколько метров и убедившись, что хорвестор на ходу, он заглушил движитель грузовой машины и направился к левету: ковыряться в бедных песках желания у него не было и потому он решил вначале найти богатое ратаном вкрапление, а уже затем вести к нему хорвестор.
Аккуратно выведя левет из развалин, он тут же послал его верх и направил по кратчайшему пути вглубь песков, одновременно высвободив своё поле и разбросив его по песчаному пространству. Из своего прошлого хождения над песками, Лет примерно помнил, в каком направлении он чувствовал мощные энергетические поля в песке и направил левет в ту сторону.
Хотя пески казались во всех сторонах одинаковы, но всё же выработанное чувство ориентации в пространстве Лета не подвело, ему не пришлось долго блуждать над жёлто-розовым песчаным морем: повертевшись некоторое время над песком, он почувствовал усиление энергополя и направил левет в ту сторону. Вкрапление оказалось не слишком большим по площади, но видимо с большим содержанием ратана, так как держать над ним своё поле было крайне болезненно, да и располагалось оно не слишком далеко от развалин обогатительной фабрики — насколько Лет сориентировался, не далее трёх часов хода пустого хорвестора. Сбросив на песок маяк, Лет развернул левет и повёл его к развалинам обогатительной фабрики.
Одновременно вести к месту вкрапления хорвестор и левет оказалось чрезвычайно утомительно. Перегнав хорвестор на какое-то расстояние, Лет останавливал его и бежал к левету и перегнав его дальше грузовой машины и оставив летательный аппарат, возвращался к хорвестору, чтобы повторить очередной цикл перегона. Вся сложность была в том, что ховестор шёл по глубокому котловану из уже переработанного песка и выбраться вверх не мог, чтобы его можно было направить своим ходом на маяк и потому, скрипя зубами от негодования, Лет раз за разом повторял циклы перегонов. Возможность пустить хорвестор самостоятельным ходом, была пресечена самим же хорвестором — едва Лет включил автоход, как хорвестор начал отклоняться в правую сторону и пока Лет привёл к нему левет, он уже стоял воткнувшись едва ли не до накопителя в крутую стенку котлована. Ждать же, когда на Фабру придёт лейтер — у Лета терпения не было.