Рядом оказывает кошка. Она устраивается рядом с сэндвичами и выпучивает хитрые глаза на хозяйку, выпрашивая кусочек колбасы.
— Не до тебя сейчас, — сетует Кэтрин. — В доме вещи пропадают, а ты все о еде думаешь.
Нале, видимо, все равно, так как она все так же настойчиво пронзает Кэт жалким взглядом и не собирается взволноваться или прислушаться.
— Хватит, — протягивает девушка. — Как тебе не стыдно? Я бледная, как стена, а тебе хоть бы хны.
Разговор с животным — еще одно доказательство одиночества.
Уилс громко выдыхает, запихивает в рот сэндвич и с нарочито огромным интересом пялится в экран. Джонни Депп в кадре, как всегда с сумасшедшей прической и одеждой. Ходит по дому, что-то ищет. Печатает историю на древней машинке и параллельно расследует нечто загадочное, странное. Типичный сюжет фильма, но тут хотя бы именитый актер.
Кэтрин постепенно успокаивается. Через полчаса волнение испаряется, будто дым. А все благодаря кому? Благодаря Джонни.
Девушка усмехается. Хочет взять еще один сэндвич, но вдруг слышит, как над головой что-то стучит. Резко поднимает взгляд, испуганно замирает и выдыхает так громко, что даже перекрикивает звук телевизора. Но настоящий вопль едва не вылетает из горла, когда стук превращается в чьи-то быстрые шаги. Шаги на втором этаже.
— Боже мой.
Кэтрин резко срывается с места. Несется к телефону и по пути неуклюже подворачивает ногу.
Собирается набрать телефон родителей, но замирает. А что если это полная чушь, а она встревожит маму с папой? Они больше никогда не будут ей доверять. Не оставят дома одну. Больше никаких девичников, никаких разговоров о самостоятельности.
— Плевать.
Если в доме кто-то есть, кто-то, кто звонил в дверь, забрал кружку, а теперь еще и расхаживает наверху, они должны знать.
Кэт прижимает трубку к уху, собирается набрать номер, но вдруг понимает, что гудков нет.
— Что? — нервно трясет телефон. — Что такое?
Трубка не работает. Девушка испуганно выпускает её из рук и застывает на месте. Происходит что-то странное. И, кажется, она не в состоянии это контролировать.
Кэтрин осматривается, понимает, что её сотовый телефон в комнате на втором этаже, и едва сдерживается от того, чтобы не упасть в обморок.
— Господи…
Девушка выдыхает, накопившийся в легких, воздух и касается ладонями лба. Он горит. Кожа горит. Страх подогревает температуру тела, словно кипяток. От этого пульсируют вены и ноют виски.
Вновь разглядывая комнату, Кэт внезапно натыкается на Налу. Та сидит напротив лестницы и с интересом за чем-то наблюдает.
— Эй? — девушка испуганно зовет кошку, но она не отвлекается. Все так же смотрит в одну точку. — Ты чего? Что там, Нала? А?
Животное сосредоточено, увлечено. От одной только мысли, что кошка видит то, чего она видеть не может, у Кэтрин вспыхивает грудь.
— Так, хватит. — Громко чеканит девушка. — Возьми себя в руки. Ты же не семилетний ребенок. Хватит! Тебе просто кажется. Ты просто насмотрелась фильмов ужасов.
Повторяя данные слова, Кэт разворачивается лицом к лестнице и растеряно изучает её бегающим взглядом. Не заметив ничего подозрительного или странного, она еще раз проговаривает: хватит, и начинает двигаться в сторону своей комнаты.
Если твердить, что все будет хорошо, так и будет. Не правда ли?
Почему-то, когда ты остаешься наедине с самим собой, простые истины подвергаются сомнению. И кто знает, что так на них влияет: твое воображение или нечто иное?
Когда Кэт доходит до своей комнаты, в голове пропевает аллилуйя церковный хор. Девушка врывается в свою коморку, включает свет и захлопывает дверь. Ищет глазами телефон. Он, как и пару часов назад, на кровати.
— Слава богу!
Несется к нему. Берет в дрожащие руки и робко выдыхает. Дома вновь тихо, так может звонить родителям не стоит?
— Ну, уж нет. — Неуверенно открывает список контактов. — Надо позвонить.
Конец ознакомительного фрагмента.