— Но должны же ходить слухи. Никто в точности не знает, какое решение принял фюрер.
Последовало молчание. Золото. Птицы. Восточный профиль…
— Вы знаете психоаналитика по имени Симон Краус?
— Очень хорошо. Мы вместе учились в университете.
— Что вы о нем думаете?
— Он гений.
Ответ подействовал ему на нервы.
— А что еще?
— И настоящая сволочь.
— Он вас обидел?
Минна улыбнулась — в ее улыбке сквозили долгие века аристократического превосходства. Бивену захотелось влепить ей пощечину.
— Вовсе нет. Но когда человек так одарен, как он, у него нет права растрачивать свой талант, став психоаналитиком всяких дамочек. Однако себя не переделаешь: он жиголо и к тому же прохвост. В свое время он изготавливал амфетамины, которые продавал другим студентам.
Выпустив большой клуб дыма, она мечтательно продолжила:
— Симон Краус… Я, когда прочла его диссертацию, испытала настоящий шок. Никогда не читала столь блестящего и так хорошо написанного текста…
В Бивене нарастало раздражение: ему была невыносима мысль, что этот прилизанный коротышка на самом деле великий ум.
— А его диссертация, — выдавил он, — о чем она?
— О сне и сновидениях. В своем психоаналитическом подходе Краус использует онейрический анализ.
Опять непонятные слова…
— А вы? — повинуясь внезапному порыву, спросил он. — О чем была ваша диссертация?
— Об убийцах-рецидивистах.
— Простите?
— Я работала над связью между экспертами-психиатрами и компульсивными убийцами.
— Вы хотите сказать… убийцами-немцами?
— Ну да. Теми, кто действовал в последние десятилетия. Петер Кюртен. Фриц Хаарман. Карл Денке. Эрнст Вагнер[49]. И еще несколько других, менее известных. — Она по-девчоночьи хихикнула. — В то время я чуть ли не жила в тюрьмах.
Бивен отложил эту информацию в закрома мозга. Кто знает? Минна фон Хассель может однажды оказаться ему полезна. В любом случае она куда лучше его разбирается в возможных мотивах потрошителя…
— А как давно была написана ваша диссертация?
— Боюсь, больше десяти лет назад.
— Когда вы проводили свои исследования, вам не встречался тип, который коллекционировал бы обувь своих жертв?
— Нет. Даже не слышала о таком. А что?
Бивен не ответил. Хоть он и был в штатском, но чувствовал себя одеревенелым, как столб.
[49] Перечисляются немецкие серийные убийцы. Петер Кюртен (1883–1931), «Дюссельдорфский вампир», в первой трети ХХ века совершил только доказанных 9 жестоких убийств, признался в совершении 68, был признан виновным в 9 и приговорен к смертной казни. Фриц Хаарман (1879–1925) — «вампир» и «Ганноверский мясник», перегрызал жертвам горло и торговал человеческим мясом и сосисками из него; его жертвами стали 24 (по его признанию) или 27 (по данным полиции) мальчиков или юношей. Карл Денке (1860–1924) убил около 30 человек, продавал мясо своих жертв и изделия из их кожи; считался праведным католиком и очень добрым человеком; покончил с собой сразу после задержания. Эрнст Вагнер (1874–1938) 4 сентября 1913 года убил свою жену и четверых детей. Впоследствии в Мюльхаузен-на-Энце устроил несколько пожаров и ранил 20 человек, из которых скончались минимум девять, прежде чем разъяренные жители деревни избили его и оставили умирать. Он был первым человеком в Вюртемберге, которого признали невиновным по причине невменяемости; позднее в сумасшедшем доме написал несколько пьес и драм и там же умер от туберкулеза.