…но нет. Не выйдет.
Отвернулась, потопталась у стола, набила об него два синяка и сбежала сама, без Юли. «Как говорить с ней? – думала Саня, захлопнув дверь. – Как говорить теперь и как молчать? Как смотреть друг на друга, как понимать, о чем молчишь? Как теперь видеть Юлю? Как вообще быть?..»
И как быть с собой, если ты такое трусло?
Бетон подпер к самому краю. Нужно было срочно что-то делать, что-нибудь эдакое, очень-очень важное, вот прямо такое, чтобы…
И Саня села за ноут. Работать. Арбайтен. У тебя есть работа, и нечего тут. Сопли подбери и займись делом. Сударыня на тебя надеется, и… и Юля тоже надеется, хоть еще не знает об этом. Может, и папа надеется, потому что мало ли как оно? Раз не можешь с ними по-человечески – займись-ка лучше полезным, вот тем, без чего будет больший и жирный… Та-акс. Это у нас что? Тридцать два сообщения от Лёшички. Неплохо для начала…
Она кинула ему ссылку на Янины файлы и стала изучать, что он ей понаписывал за ночь. Чего там только не было: и про манекенов (пришлось объяснить ему, хоть и не всё), и про Яну, и про зеркала…
Было и другое:
Запиликал телефон.
– Да, Лёшик, – хрипло отозвалась Саня. – Я вот только встала и…
– Ты архивы эти смотрела? – говорил Лёха каким-то странным, густым и плотным голосом.
Она не ожидала ни этого голоса, ни того, что он будет сразу про архивы, а не про…
– Какие архивы? А, эти… Не, – лепетала Саня. – Не успела, сразу тебе кинула…
– Они все запаролены, вот в чем фигня. А я-то всю ночь думал: чего трепыхаться, раз данные всё равно у них? Ну, раз они винт почистили?.. А теперь понял: паролей-то у них нет. Висит груша, нельзя скушать. Может, они поэтому на нас и напали: вдруг мы пароли принесли? И отжали ноут, а он пустой, гы-гы…
– Хе-хе, – осторожно подхихикнула Саня.
– Вот только что теперь делать? Раровские архивы фиг хакнешь, ты в курсе…
– Слушай, – Саня вдруг вошла в струю, даже бетон пропал из голоса. – А что, если не все файлы удалили именно они? А если что-то удалила сама Яна? Например, пароли? Чтобы обхитрить этих?.. Ну, в расчете, что кто-нибудь всё равно доберется до ее ноута? Это ведь супернадежный тайник: удалил файл, очистил корзину – и его как бы нет. А на самом деле есть.
– Думаешь, она была в курсе, что кто-то удалит ее данные и потом будет ресторить, как ты?
– Не знаю. Но что она головастая, в отличие от нас с тобой, – это факт. Давай проверим, а? Будем шерстить все ее файлы по очереди. Скажем, я – с начала алфавита, ты – с конца. Кто первый что-то найдет – звонит и хвастается. Идет?
– Идёт, – сказал почти-Лёхин голос.
– Ну и супер. Тогда до связи!
– Сань, еще хотел сказать… – услышала она, отнимая телефон от уха.
И сбросила, будто не слышала ничего.
Так, теперь в душ. Что-нибудь всё-таки в пасть кинуть (Юлю чмокаем, обнимаем, на папу не смотрим)… и за дело. Три дня уже прошло, обожежмой, целых три полных дня, кошмарики-то какие, Сударыня, наверно, клянет его всеми своими проклятиями Солнца, Луны и звезд…
То есть не его, а ее.
Интересно, как она отнесется к тому, что он теперь девочка?
Йес-с, говорила Саня, вытянув шею, будто хотела всунуть голову в экран. Йес-с, йес-с, йес-с, твердила она, прихлопывая по коленям.
Ее догадка подтвердилась: файлы с паролями быстро нашлись, и в каждом из них был указан путь. «Ты думаешь как она», – вспоминала Саня, пританцовывая за столом: уже треть архивов благополучно распаролилась. Внутри были какие-то формулы, но она пока не вникала и продолжала поиск.
Лёшик позвонил через две минуты. («Всё-таки я первая, бебе-бе», – радовалась Саня.) Они договорились дойти до срединного файла 078.rar и потом встретиться… где?
Ясно, что у Сани не вариант. У Лёшика?..
– А давай знаешь у кого… – вдруг предложила она. – Давай у той тетеньки, от которой я всё знаю. Она странная, но при этом нормальная, ты ее не бойся. Она… нет, в зеркале она очень даже, там всё в норме. Но она… странная, да. Увидишь.